ни программа, ни условия которых мне не известны и в которых вы неожиданно 
призываете меня обсуждать с вами проблемы, связывающие во всех отношениях 
будущее Французской империи и Франции. 

Однако, несмотря на эти вопросы формы, сколь бы важными они не были, общая 
военная ситуация и состояние, в котором временно находится Франция, не 
позволяют мне отказаться от встречи с президентом Соединенных Штатов Америки и 
с премьер -министром его величества. Меня будут сопровождать генерал Катру и 
адмирал д'Аржанлье. 

Телеграмма генерала Леклерка генералу де Голлю, в Лондон 

Штаб-квартира, 24 января 1943 

В результате ожесточенных боев моторизованные войска подполковника Дио 20 
января овладели сильно укрепленной неприятельской позицией, прикрывающей Мизду. 
Захвачено значительное военное имущество. 21 января наши войска заняли Мизду, 
основательно укрепленный центр неприятельского сопротивления, преграждавший 
доступ с юга к Джебель-Нефусе, который был охвачен с севера английской 8-й 
армией. В этих боях особенно отличился капитан Троадек. Неприятель отступает в 
беспорядке, оставляя на месте убитых, раненых и значительное военное имущество. 


Совместное заявление генерала де Голля и генерала жиро, 26 января 1943 

По окончании первых переговоров во Французской Северной Африке генерал де Голль 
и генерал Жиро делают следующее совместное заявление: 

"Мы увиделись. Мы беседовали. Мы констатировали наше полное согласие 
относительно преследуемой нами цели - освобождения Франции и торжества свобод 
человека путем полного поражения неприятеля. 

Эта цель будет достигнута в результате объединения в войне всех французов, 
сражающихся бок о бок со всеми их союзниками". 

Телеграмма генерала Леклерка генералу де Голлю, в Лондон 

Штаб-квартира, 26 января 1943 

Пробившись через Джебель-Нефусу, отряд Сражающейся Франции под командой 
капитана Фаррэ 25 января достиг Триполи. Отряд установил связь с английским 
командованием через тридцать дней после того, как он покинул территорию Чад... 

Телеграмма генерала де Голля генерал-губернатору Свободной Французской Африки 
Эбуэ; командующему вооруженными силами в Свободной Французской Африке генералу 
Леклерку; верховному комиссару в районе Тихого океана адмиралу д'Аржанлье; 
делегатам Сражающейся Франции при иностранных правительствах 

Лондон, 28 января 1943 

Резюмирую впечатления о переговорах в Касабланке и скромный итог достижений. 

Мои беседы, а также беседы Катру и д'Аржанлье с Жиро были сердечными. Но они 
показали, что достигнуть реального объединения весьма трудно. Жиро не 
соглашается изменить существующий в северной Африке строй, который является 
строем Виши. Он намерен оставить на своих местах Ногеса, Буассона, Пейрутона, 
Берже. Впрочем, фактически Жиро не располагает реальной властью, хотя 
пользуется некоторым влиянием в войсках. В то же время Жиро предложил, чтобы 
Сражающаяся Франция подчинялась ему. К чему это привело бы нас? Мы растворились 
бы в плохой местной африканской системе и перестали существовать. Французские 
массы не согласились бы с этим. К тому же дело Франции оказалось бы в полной 
зависимости от американцев, как и сам Жиро. 

Я предложил Жиро войти в состав Сражающейся Франции в качестве 
главнокомандующего всеми вооруженными силами. Он не принял этого предложения. 
Окружение Жиро хочет заставить его играть политическую роль. В то же время он 
является пленником крупных феодалов Виши. Они оказывают ему почести и 
используют его как удобную ширму, позволяющую им сохранять свои должности, свою 
власть и продолжать свою линию аттантизма. 

За неимением лучших возможностей мы договорились с Жиро установить взаимные 
связи с точки зрения военной, экономической и др. Мы надеемся, что таким путем 
постепенно будет происходить сближение, тем более что общественное мнение 
Французской Северной Африки все более и более склоняется в нашу пользу. 

Мои беседы с Рузвельтом прошли хорошо. У меня сложилось впечатление, что он 
наконец понял, что такое Сражающаяся Франция. Это может иметь большие 
последствия в дальнейшем. Вместе с тем Рузвельт и Черчилль как будто убедились 
в том, что генерал Жиро по своей природе и по своим качествам пригоден только 
для военного командования.