Лондон, 28 июля 1942 

Я ввел в Национальный комитет Андре Филипа. Вы знаете, какую роль он сыграл во 
Франции в качестве руководителя группы "Либерасьон", Филип стал национальным 
комиссаром по внутренним делам, иными словами, внутренним действиям во Франции. 


Жак Сустель, доцент, бывший слушатель Высшей педагогической школы в Париже, 
прекрасно проявивший себя в качестве нашего представителя в Мексике, а здесь 
выполнявший функции директора службы осведомления, стал национальным комиссаром 
информации. 

Дьетельм, главный инспектор финансов, стал национальным комиссаром финансов. За 
Плевеном сохраняются функции комиссара по делам колоний, экономики и торгового 
флота. 

Я хотел бы информировать вас об этих перемещениях в составе Национального 
комитета. 

Назначение Филипа укрепит Комитет в глазах наших многочисленных друзей во 
Франции, а также за границей. Я надеюсь, что приезд из Франции нескольких 
других руководящих деятелей Сопротивления позволит нам в ближайшее время 
расширить состав Национального комитета, в полной мере сохраняя за ним 
положение руководящего органа Сражающейся Франции как внутри страны, так и вне 
ее, не преследующего при этом каких-либо партийных интересов и стремящегося к 
одной цели - освободить страну силой оружия. 

С дружеским приветом. 

Беседа генерала де Голля с Уинстоном Черчиллем 

29 июля 1942 

(Записана канцелярией генерала де Голля) 

"Итак, - сказал Черчилль, - вы отправляетесь в Африку и страны Леванта!" 

"Я не возражаю, - ответил генерал, - против поездки в страны Леванта. Спирс 
что-то там суетится и создает для нас трудности". 

"Спирс, - продолжает Черчилль, - имеет много врагов, но у него есть и друг, это 
премьер-министр. Когда вы будете там, повидайтесь с ним. Я телеграфирую ему и 
порекомендую выслушать вас. Говорят, - добавляет Черчилль, - что государства 
Леванта в действительности лишены независимости и население этим недовольно". 

"В Сирии и Ливане, - возражает генерал, - оно довольно не в меньшей мере, чем в 
Ираке, Палестине или Египте". 

Затем разговор переходит к положению на Мадагаскаре. 

"Мы не участвовали в операции вместе с вами, - указывает Черчилль, потому что 
не хотели путать два понятия: примирения и силы. Это не имело успеха в Дакаре". 


"Мы вошли бы в Дакар, - замечает генерал де Голль, - если бы англичане не 
пропустили в Гибралтар крейсеры Дарлана". 

Черчилль не оспаривает этого замечания. 

"Что касается Мадагаскара, - продолжает генерал, - то дело было бы давным-давно 
закончено, если бы вы позволили нам высадиться в Маюнге, когда проводили 
операцию в Диего-Суарес. Мы пошли бы на Тананариве, и вопрос был бы решен. 
Вместо этого вы теряли время на переговоры с представителем Виши". 

"Да, он злобен, этот губернатор!" - говорит Черчилль. 

"Вы удивляетесь этому? - спрашивает генерал. - Когда вы ведете переговоры с 
представителем Виши, вы ведете их с Гитлером. А Гитлер злобен". 

Затем разговор переходит к возможности открытия второго фронта. Сказанное не 
подлежит оглашению. 

Телеграмма генерала де Голля Адриену Тиксье, в Вашингтон 

Лондон, 31 июля 1942 

Видел генерала Маршалла и адмирала Кинга во время их недавнего пребывания здесь.
 Я ознакомил их с нашим военным положением, которое, как мне показалось, было 
им совершенно неизвестно, а также с нашими возможностями и планами военных