Союзов на Красную площадь и,  покрытый  красными  знаменами,  установлен  на
специальном возвышении.
   И вновь шли сотни  тысяч  людей  в  торжественном  молчании,  колонна  за
колонной, прощаясь с великим Лениным.
   В четыре часа под звуки траурной музыки и тысяч гудков фабрик и  заводов,
под залп прощального орудийного салюта гроб был внесен в Мавзолей, тогда еще
временный,  деревянный,  построенный   героическими   усилиями   рабочих   и
архитекторов под руководством академика Щусева всего за три дня и три ночи в
лютую стужу.
   Через день после похорон Владимира Ильича XI Всероссийский съезд  Советов
продолжал свою работу и обсудил доклад наркома юстиции РСФСР Д.И.Курского  о
проекте Конституции СССР, вносимом через несколько дней  на  утверждение  II
Всесоюзного съезда Советов.
   В тот же день мы единогласно приняли первую Конституцию Советского Союза.
В ее основу были положены ленинские принципы добровольного  государственного
союза равноправных народов.
   Сразу же после съезда Советов  состоялась  первая  сессия  ЦИК  СССР,  на
которой был избран Президиум ЦИК Союза, а также четыре его председателя  (от
РСФСР - Калинин, от УССР - Петровский, от ЗСФСР -  Нариманов  и  от  БССР  -
Червяков), как и было до этого решено по предложению Ленина.
   Сессия избрала также состав Совета Народных Комиссаров СССР  во  главе  с
А.И.Рыковым.
   Смерть Ленина привела к небывалому  единению  всех  трудящихся  страны  с
нашей партией в их стремлении достойно продолжить дело  Ильича.  Повсеместно
от рабочих стали поступать десятки тысяч заявлений с просьбой принять  их  в
ленинскую партию.

   Глава 18
   БОРЬБА С ЗАСУХОЙ В КРАЕ
   Состояние  моего  здоровья  было  плохое,  даже  несколько  хуже,  чем  в
предыдущую весну. Туберкулезный  процесс  в  легких  продолжался.  Врачебная
комиссия в Москве потребовала длительного лечения.
   Но я не мог выполнить  предписание  врачей:  в  конце  июня  обозначились
трудности в нескольких районах края. Долго не было дождей, и хлеба  выгорали
от засухи. Не хватало пресной воды и для скота.
   Крестьянство, спасая скот от бескормицы и безводья, массами  стало  гнать
его на Кубань, где положение было благополучным.
   Это нас в крайкоме очень волновало, но мы не  имели  возможности  оказать
помощь своими силами -  не  было  краевых  средств,  не  имели  мы  и  права
распоряжаться краевыми ресурсами.  В  крае  хлеб  был,  но  он  находился  в
распоряжении Центра.
   Я связался с Москвой, доложил о  тяжелом  положении  и  попросил  помощи.
Такие же просьбы поступали из Поволжья, хотя засуха была, конечно, не  такая
жестокая, как в 1921 г. Я безотлагательно выехал  в  Москву  для  доклада  о
реальном положении дел и выяснения, чем и когда может нам помочь Центр.
   Надо было в первую очередь восстановить полностью семенной  запас,  чтобы
не сокращать посевных площадей, то есть обеспечить урожай будущего  года,  а
затем  уже  некоторое  количество  направить  для  продовольственной  помощи
наиболее нуждающимся крестьянам. Правительство помогло нам, выделив семенную
ссуду для озимого сева.
   Мы обсудили и утвердили план распределения помощи.  Товарищам  на  местах
дали  конкретные  задания  -  обеспечить   реализацию   выделенной   помощи,
контролировать ее распределение строго в соответствии с планом. Несмотря  на
это, паника в Ставрополье продолжалась. Надо было быстро реагировать.
   Я знал, что у нас есть один гражданский самолет на два-три места немецкой
фирмы "Люфтганза", имевшей концессию на воздушное сообщение.  Я  связался  с
летчиком-немцем (правда, я не так уж  свободно  говорил  по-немецки,  как  в
школе, но понять меня было можно). На мой вопрос, может ли он  садиться  без
аэродромов, в селах, он ответил, что может, если за селом, на полях, выбрать
подходящее место и разжечь костер, чтобы он  мог  сориентироваться  по  дыму
костра, в какую сторону дует  ветер,  и  совершить  правильную  посадку.  Я,
конечно, это ему обещал.
   Решено было облететь районы Ставрополья,  крупные  села  и  устроить  там
собрания, разъяснить положение, успокоить крестьян и сообщить  о  помощи.  Я
думал так: прилетим, в селе на  площади  устроим  митинг.  Но  неожиданность
подстерегла нас в первом же селе. Жители села, когда узнали,  что  прилетает
самолет, а летчик дважды сделал облет села перед посадкой, собрались к месту
посадки. Когда я вышел из самолета, можно было сразу начинать митинг, потому
что все село бежало сюда. Пришли и местные работники.
   Я   минут   пятнадцать   говорил   прямо   с   самолета,   который   стал
импровизированной  трибуной.  Говорил  о  том,   чтобы   они   верили,   что
правительство окажет помощь,  что  это  не  царская,  а  рабоче-крестьянская
власть, которая заботится о них и делает все возможное, чтобы помочь.
   Село Курсавка с населением более чем десять  тысяч  человек  пользовалось
пресной  водой,  собранной  от  дождей.  В  бассейнах  питьевой  воды   было
недостаточно. Я узнал, что в 20-30 км от села была вода. Вместе  с  местными
работниками решили действовать более  решительно  -  предложить  на  митинге
провести водопровод.
   Помню, один крестьянин средних лет, высокого роста, стройный, с  короткой
бородой, поднялся на трибуну и стал говорить, что не верит в это, что у  них