Druzya.org
Возьмемся за руки, Друзья...
 
 
Наши Друзья

Александр Градский
Мемориальный сайт Дольфи. 
				  Светлой памяти детей,
				  погибших  1 июня 2001 года, 
				  а также всем жертвам теракта возле 
				 Тель-Авивского Дельфинариума посвящается...

Библиотека :: Мемуары и Биографии :: Научные мемуары :: Ярослав Голованов - Королёв: факты и мифы
<<-[Весь Текст]
Страница: из 646
 <<-
 
Робертовича Гонора, Героя Социалистического Труда, настоящего генерала тыла. 
Гонор был снят с поста начальника НИИ-88 и арестован. Правда, вскоре его 
освободили. Верный сталинец, Устинов обвинял во всем Берия, который стремился 
погубить кадры, с таким трудом выпестованные Дмитрием Федоровичем, и как мог 
защищал своих людей. Однажды среди ночи он позвонил Рязанскому:

– Михаил Сергеевич, разбудил?

Рязанский не сразу сообразил, кто с ним говорит.

– Выйди через полчасика, – надо пройтись, – продолжал Устинов.

Вот тут Михаил Сергеевич сразу проснулся: если министр зовет тебя погулять 
среди ночи, значит что-то серьезное. Быстро оделся, вышел на улицу. Вскоре 
подъехала машина Устинова. Улица была пустынна. Прошли метров сто.

– Ни о чем не спрашивай. Завтра отправишь Евгения в командировку. Не тяни, 
оформи все быстро, и с утра пусть уезжает.

Евгений Яковлевич Богуславский был заместителем Рязанского, в командировки 
ездил часто, но все командировочные дела решали они всегда сами, без 
вмешательства министра.

– Куда ему ехать? Зачем? – оторопело спросил Рязанский.

– Миша! Куда угодно!

Только теперь Михаил Сергеевич все понял...

Такая же угроза, как над Богуславским у Рязанского, нависла над Чертоком у 
Королева. Борис Евсеевич стал уже крупным специалистом по системам управления, 
и Устинов не хотел отдавать его Берия на растерзание, не говоря уже о чисто 
человеческих симпатиях. Черток на посту начальника отдела просто резал глаза. 
Его нужно было задвинуть, упрятать в тень и попросить не высовываться некоторое 
время: Устинов знал, что эта кампания, как всякая подобная кампания, имеет 
строго отмеченные временем границы. Волна накатывала, а потом спадала. Вот этот 
накат и надо теперь переждать. Он решил прикрыть Чертока Янгелем. Правда, у 
Янгеля тоже была какая-то «подозрительная» фамилия. Невозможно ведь всем 
объяснить, что происходит она от «янга» – ковша, черпака, в котором казаки 
варили в походе похлебку: предки Михаила Кузьмича были с Черниговщины. Новое 
назначение помогало Чертоку переждать смутное время в тени нового начальника, 
Устинову – сохранить очень нужного ему специалиста, а Янгелю – приобрести 
знания в новой для него области, что никогда не мешает, как и выяснилось через 
несколько лет, когда Янгель стал Главным конструктором.

Но, конечно, поначалу он чувствовал себя не в своей тарелке.

– Мне, сама понимаешь, не легко, – говорил он жене, – я сложившийся самолетчик..
.

Янгелю, по природе своей – лидеру, ужиться с Королевым – человеком очень 
нелегкого характера, было трудно. Их «отношения складывались не очень гладко... 
Похожи у них характеры, упрямства хватит у обоих. Коса и камень», – 
свидетельствует Владимир Губарев в своей книжке о Янгеле[146 - Губарев В. 
Конструктор. М.: Политиздат, 1977.]. Ирина Викторовна Стражева, ставшая женой 
Михаила Кузьмича, напротив, считает, что характеры Янгеля и Королева совершенно 
разные. Но итог – тот же. «Могу сказать, – пишет она[147 - Стражева И. Тюльпаны 
с космодрома. М.: Мол. гвардия, 1981.], – что близкими друзьями они никогда не 
были. Много было у них и во время недолгой совместной работы, и после, когда 
каждый шел своим путем, принципиальных и жарких споров, острых дискуссий...

– Королев горяч, но отходчив, – говорил Янгель».

– Они стоили друг друга, и сравнивать эти два самобытных характера невозможно,
 – считает биограф Янгеля Владимир Петрович Платонов.

Янгель начал с того, что собрал весь отдел управления и устроил собрание, 
которое длилось три дня.

– Давайте вынесем сор из избы, чтобы стало чисто, – сказал он. – Высказывайте 
все свои претензии и выдвигайте конкретные предложения, как нужно дело 
поправить там, где его нужно поправить...

Люди выговорились, обстановка разрядилась, дела пошли лучше. Королев, конечно, 
внимательно за всем этим наблюдал, сразу угадав в Янгеле талант организатора. 
Через год Михаил Кузьмич становится заместителем Сергея Павловича. Еще через 
год, в мае 1952 года, утвержденный начальником вместо Гонора, Константин 
Николаевич Руднев ушел на повышение – заместителем Устинова по ракетным делам, 
и Янгель назначается начальником НИИ-88, т.е. начальником Королева.

 
<<-[Весь Текст]
Страница: из 646
 <<-