| |
610
цифических законов на каждой новой ступени в иерархии дискретных частей
вещества. В природе, как оказалось, эволюционируют весьма общие законы
поведения
тел. Диалектический взгляд на природу не дожидался открытия еще более
радикальных преобразований, он шел вперед, обобщая открытия XIX в. и
предугадывая полное устранение априорных и поэтому неподвижных законов. Он
предвидел и переход к неаприорной картине бытия материи, а не только поведения
материальных тел.
Но лишь в нашем столетии начала складываться такая картина - однозначная,
вырастающая из эксперимента. Она до сих пор еще не сложилась. Подлинно
физическим эквивалентом causa sui была бы картина эволюции мироздания, в
которой
элементарные частицы не только перемещаются и взаимодействуют, но и возникают и
исчезают, и эти процессы объясняют субстанциальные свойства частиц и меняющиеся
фундаментальные законы их поведения. Такой картины еще нет, и современная
философия в своих обобщениях больше, чем когда-либо, исходит из выявившихся
прогнозов и отчетливо обозначившихся тенденций науки. Каждая попытка анализа
воздействия неклассической пауки на судьбу человека, на "отчуждение личности"
при игнорировании указанных прогнозов и тенденций была бы неполноценной.
Современная философия не может оставаться "функцией состояния" науки, она не
может ограничиться обобщениями уже найденных, однозначных результатов, не может
исходить из мгновенной фотографии научного прогресса.
Именно иллюзия априорности и неподвижности законов природы была основой
вызванных наукой опасений в части возможного "отчуждения личности". Не
диалектическое, а метафизическое естествознание, не диалектика природы, а
априорная метафизика природы угрожают человеку обесчеловечением. Мы вскоре
коснемся экзистенциалистской критики, направленной против диалектики природы, и
постараемся показать, что основа этой критики - игнорирование тенденций
современной науки, игнорирование ее неклассического стиля. По до этого
остановимся на ситуации, сложившейся в XIX в.
Немецкая классическая философия получила титул классической потому, что она
претендовала на роль бессмертного канона философского мышления. Она стремилась
найти первые истоки бытия. Их открытие перестает
611
быть "одним открытием", оно становится "Открытием". Но физические процессы не
могут быть последними звеньями анализа. Термин физические означает: находящиеся
во взаимодействии с другими процессами, изменяющиеся, требующие дальнейшего
анализа. Спинозовская causa sui, взаимодействующая с собой природа, не только
сотворенная, natura naturata, но и творящая, natura naturans, не могла стать
руководящей идеей классической философии. Это был ультрарационализм,
рационализм, перешагнувший через рамки поведения тел, стремившийся к
рациональному объяснению бытия. Но он перешагнул и через рамки позитивных
результатов классической науки и мог опираться лишь на ее тенденции, на
имманентные противоречия, которые вели классическую науку к неклассической
революции.
Философия Гегеля была своеобразным компромиссом - выражением динамических
тенденций и противоречий классической науки и в то же время выражением ее
"классицизма", ее иллюзорной завершенности. Направленные против Гегеля
антирационалистические идеи Кьеркегора объясняются в значительной мере этой
иллюзорной завершенностью.
Эпикур освобождает человека от рабства, от подчинения чуждому, объективному, не
зависящему от него априорному миропорядку. Он выдвигает гипотезу, дополняющую
такой миропорядок спонтанными нарушениями. Кьеркегор не видит путей
"дезаприоризации" науки, "дезаприоризации" самой гегелевской философии. Он не
видит путей превращения ограниченного рационализма (ограниченного априорным
бытием "кирпичей мироздания" и априорными законами их движения) в более широкий
ультрарационализм. И он отворачивается от Гегеля, от объективной науки, от
рационализма.
Кьеркегор говорил о системе Гегеля и вообще о всякой философской системе как о
чем-то статическом, исключающем движение. Философская доктрина, в которую
входит
движение, открыта для индивидуального существования, она не враждебна ему [28].
|
|
