| |
из
постоянной в рамках научной революции связи и борьбы между раньше и позже
следуют некоторые выводы о хронологических рамках научной революции, создавшей
классическую науку. Раньше в данном случае означало господство перипатетических
идей и выведение законов бытия из неподвижной схемы центра мироздания, его
границ и "естественных мест". Позже означало обладавшую высоким внешним
оправданием и внутренним совершенством науку XVIII-XIX вв. Между ними полутора-
двухвековая полоса поисков нового внешнего оправдания и внутреннего
совершенства, борьба старого, еще не ликвидированного, и нового, еще не
достигнутого, полоса, когда старое и новое сливались в борьбе и превращали
каждое теперь в арену борьбы. Подобная общая характеристика науки XVI-XVII вв.
подводит при своей исторической конкретизации к выделению последовательных
этапов научной революции.
445
Ее первым этапом было Возрождение. Высокое Возрождение - культура XVI в. В этот
период перипатетическая наука еще не ушла в прошлое, она претерпевала
внутреннюю
трансформацию, культура Чинквеченто включала "аристотелевский ренессанс",
развивалась и искала новые аргументы философия Аверроэса. Аверроизм, как и
неоплатонизм, испытывал глубокую инверсию понятий, акцент переносился на живую
подвижную материю, которая порождает меняющиеся формы, старая схема неподвижной
гармонии бытия оказывалась уже в тени. Изменилось отношение к античным
авторитетам, их критиковали, а защитники Аристотеля не отказывались от новой
интерпретации перипатетических текстов. Перипатетическая картина мира теряла
свою каноничность. Она еще была жива, натурфилософы XVI в., даже объявляя себя
противниками перипатетики, зачастую не выходили за рамки комментирования
Аристотеля. Перипатетика была прошлым, но прошлым, еще сохранявшимся в
настоящем. Аналогичным образом позже, новое представление о мире, классическая
наука оставались будущим, входящим в настоящее, борющимся с раньше, с прошлым,
в
рамках теперь. Прикладная механика уже накопляла внешнее оправдание для новых
оснований картины мира, но встречная тенденция - разработка таких оснований -
делала только первые шаги в рамках натурфилософии XVI в. Стиль научного
мышления
XVI в. был чрезвычайно своеобразным. Мыслитель Чинквеченто как бы спрессовывал
в
своем сознании временные пласты. В этом отношении научная мысль следовала за
культурой предыдущего столетия и Проторенессанса. Уже у Данте спрессованное
время выражалось не только в структуре "Божественной комедии", где автор
беседует с людьми предшествующих веков, но и в самом содержании, в идеях
великой
поэмы - сплава средневековых реминисценций и ренессансных прогнозов.
Но была ли наука Возрождения наукой? Имеем ли мы право говорить о научной
революции в XVI в.? По-видимому, будет вполне законным ответить на этот вопрос
утвердительно. В рамках Возрождения система каузальных представлений о мире,
опирающихся на логический анализ и эксперимент, еще не выделилась из моральных
и
эстетических представлений и высказывалась по преимуществу в натурфилософской
форме. Но с этой формой, с эстетикой, моралью и натурфилософией были тесно
связаны собственно научные открытия, такие, как система Коперника или подвиг
Колумба. Само выделение
446
науки как автономной компоненты культуры было результатом революции в
воззрениях
на мир, на его познание. Современное представление о науке как о системе,
освободившейся от внешних критериев, возникло на основе того, что было сделано
в
XVI в. Когда речь идет об этих временах, некоторое обобщение понятия науки
соответствует ее реальному положению в культуре Возрождения. Известный фрагмент
"Диалектики природы", где Энгельс рисует возникновение современного
естествознания в рамках Чинквеченто, начинается общей характеристикой культуры
Возрождения, а затем показано непрерывное развитие науки, последовательно
обретающей современную форму [2].
2 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. XIV, с. 475-492.
Конец XVI в. и начало XVII в. особенно отчетливо демонстрируют сильную
необратимость процесса познания. Возьмем творчество Джордано Бруно. В нем очень
|
|
