превышающее по своим размерам большой дом; невозможно запустить в космос нечто 
столь большое, как дом; проблема заключается в том, чтобы уменьшить размеры 
"Майка" так, чтобы водородный заряд, достаточно маленький для того, чтобы его 
можно было поместить в баллистическую ракету, мог нанести мощный удар порядка 
миллиона тонн".

Такой заряд был создан, но не в Соединенных Штатах Америки, а в Советском Союзе,
 
и испытан 12 августа 1953 года.

Задача создания термоядерного заряда, пригодного для военных целей, была решена 

в Соединенных Штатах Америки только через полгода - в 1954 году, после 
мартовских испытаний в том же атолле Эниветок.

С высокой трибуны сессии Верховного Совета СССР прозвучали тогда и слова 
предупреждения всякому, кто осмелится напасть на нашу прекрасную и могучую 
Родину:



"Советский народ вооружил свою армию всеми необходимыми видами атомных и 
термоядерных зарядов. Всякий, кто осмелится поднять атомный меч против него, от 

атомного меча и погибнет".





С мыслью о грядущем





"Достижения есть?"


"Высокий, статный, он постоянно был окружен людьми. Ходил стремительно, 
большими 
шагами, и за ним не поспевали. При этом мне всегда вспоминалась картина В. 
Серова "Петр I на набережной", - так описывает академик А. П. Виноградов свои 
впечатления от встреч с И. В. Курчатовым в горячие "атомные" деньки. - Черные 
смеющиеся глаза и борода лопатой - лицо, как будто взятое из старых хрестоматий.
 
Этот большой человек был очень приветлив и любезен. Кто не помнит привычных его 

слов "физкультпривет", которыми он начинал и кончал разговор с вами по телефону 

то ли ранним утром, то ли поздно ночью".

Кроме этого, полного юношеской силы и бодрости приветственного слова, как 
вспоминают сотрудники, любимым вопросом Игоря Васильевича был: "Достижения 
есть?"

Этот вопрос не был риторическим. В нем отражалась постоянная неослабная забота 
Курчатова о будущем нашей науки.

Занимаясь решением текущих задач, требовавших проведения неотложных 
исследовательских работ, вникая в ход проектирования, конструирования, 
оборудования и подготовки к пуску атомных объектов, Игорь Васильевич ни на 
минуту не забывал о перспективных проблемах науки. Он сам глубоко понимал и не 
уставал убеждать в этом других - не только ученых, но и руководителей народного 

хозяйства и промышленности, - что успешное и быстрое развитие техники требует 
самого широкого развития науки и поощрения даже таких исследований, которые на 
ближайший период как будто не обещают непосредственного практического выхода. 
Этим объясняется, что в самые напряженные дни, когда Игоря Васильевича 
одолевали 
повседневные заботы, связанные с оперативным решением неотложных научных и 
технических вопросов, он находил время для оказания помощи в организации 
исследования космических лучей, строительства ускорителей, по развитию биологии 

- словом, в организации областей науки, находившихся вне сферы его личных 
научных интересов.

В тех же областях, которыми он лично руководил и непосредственно занимался, он 
проявлял исключительное чутье к любому зернышку нового и умел помочь очистить 
это зернышко от "шелухи". В начале работы он старался сказать, стоит ли ею