Васильевича к музыке. Самым близким его сердцу композитором был Рахманинов. Он, 

вспоминает Марина Дмитриевна, иногда в неурочное время забегал домой:

- Сейчас Рахманинова будут передавать по радио. Послушаем.

Минут двадцать послушает, скажет:

- Ах, жаль, времени нет! Какая прекрасная музыка! И опятьот правляется на 
работу.

Марина Дмитриевна не припомнит случая, чтобы Игорь Васильевич пришел домой в 
дурном настроении. За тридцать три года совместной жизни с ней он ни разу не 
повысил голоса, а о каких-либо ссорах или размолвках не могло быть и речи. В 
отношении с подчиненными он был так же ровен и сдержан. Такт и внимательность 
ничуть не противоречили его чрезвычайной требовательности, пунктуальности, 
умению "озадачить" людей самым серьезным образом. Но все это ровным тоном, с 
улыбкой, с шуткой, без дергания, взвинченности...




Пульс все напряженней


Перенесемся теперь в рабочий кабинет Игоря Васильевича. Большая комната, также 
обставленная просто и удобно. Над письменным столом портрет улыбающегося Ильича 

- увеличенная репродукция сделана с самого любимого Игорем Васильевичем снимка 
вождя. Из окон кабинета взору открывается зеленая, цветущая территория 
института 
с серыми полосками дорожек и светлыми зданиями лабораторий.

Заглянем в знаменитую книгу записи дел, которые Курчатов намечал для себя 
ежедневно. И мы увидим, что количество этих дел, несмотря на ослабление 
здоровья 
после двух атак инсульта, не только не уменьшилось, но увеличилось. Возле 
каждой 
записи стоит неизменная отметка о выполнении.

Пульс его научной, организаторской, общественной деятельности становился все 
напряженнее, хотя сердце билось все слабее. Человек, никогда не говоривший о 
своем самочувствии, теперь нередко напоминал помощнику:

- У нас есть с собой валидол? Со мной ведь может как случиться: раз - и готово.

А думал по-прежнему о здоровье других. Он провел совещание медиков. Выяснял, 
чем 
может им помочь атомная наука.

Вместе с тем Игорь Васильевич не ослаблял внимания и к работам, от которых 
зависело дальнейшее укрепление обороноспособности нашей страны. Вот как он в 
1959 году охарактеризовал усилия советских ученых в этом направлении:



"Термоядерные реакции... возвестили о своем приходе на землю грохотом 
испытательных взрывов термоядерного оружия. Уже свыше пяти лет прошло после 
первых термоядерных взрывов, а новые, все более смертоносные виды этого оружия 
продолжают разрабатываться и испытываться. Советское правительство стремится 
остановить это соревнование и, как известно, в качестве первого шага предложило 

запретить дальнейшие испытания. Вы знаете, что в связи с уклончивой позицией 
западных держав Верховный Совет СССР принял решение об одностороннем 
прекращении 
в нашей стране испытаний ядерного и водородного оружия, надеясь, что западные 
державы последуют этому благородному примеру. Вы знаете также, что вместо этого 

Соединенные Штаты Америки в течение весны и лета 1958 года произвели свыше 50 
испытательных взрывов и что в силу этого наша страна была вынуждена осенью 1958 

года возобновить свои испытания. Кстати сказать, эти испытания оказались весьма 

успешными. Они показали высокую эффективность некоторых новых принципов, 
разработанных советскими учеными и инженерами. В результате Советская Армия 
получила еще более мощное, более совершенное, более надежное, более компактное 
и 
более дешевое атомное и водородное оружие".