заместителем Анатолием Петровичем Александровым.

Как-то Игорь Васильевич на день рождения подарил рано начавшему лысеть 
Александрову парик, да подарил необычным способом.

День рождения должен был застать Анатолия Петровича в командировке на одном из 
заводов. Курчатов перед отъездом попросил его передать директору завода 
"подарок" и вручил какую-то коробку.

Когда у директора завода собрался народ, Александров торжественно вручил ему 
коробку с подарком Курчатова. Тот открыл коробку, прочел письмо, чему-то 
усмехнулся и, обращаясь к Анатолию Петровичу, проговорил:

- Оказывается, у вас сегодня день рождения. Поздравляем!

- Спасибо, - смутился Анатолий Петрович.

- И подарочек-то от Курчатова вам, - продолжал директор. - Носите, будьте 
красивым. - И вручил ему парик.

Анатолий Петрович, нимало не смутившись, тут же надел парик, в нем и поехал на 
квартиру.

В ответ на этот парик и получил Игорь Васильевич гигантскую бритву, 
предназначенную сбрить, наконец, бороду, которую обычные бритвы, видимо, не 
брали.

Рядом с гостиной и столовой есть в доме Курчатова крытая терраса, или галерея. 
Здесь круглый год - зелень. В галерее он любил отдыхать, заниматься, читать. 
Кстати, о чтении. Читал он, по воспоминаниям всех близких, очень много и очень 
быстро. Любил книги юмористические. Во время болезни на его тумбочке постоянно 
лежали произведения Марка Твена, Ярослава Гашека, Ильи Ильфа и Евгения Петрова. 

Последней книгой, которую прочел, была первая часть романа К. Симонова "Живые и 

мертвые".

Скромно и просто жил этот жизнелюбивый человек, не думавший о себе, видевший 
единственную цель жизни в благе Родины, в росте ее могущества. Его дом был 
продолжением рабочего кабинета, где допоздна засиживались люди, решая вопросы, 
от которых зависело развитие атомной науки. Сюда приезжали посланцы разных 
городов, стучались к тяжело больному человеку, и он принимал, наставлял, 
помогал 
двинуть вперед дело, заботившее их.

Всю жизнь с тех славных первых дней революции он был глубоко партийным 
человеком, настоящим большевиком, хотя вступил в партию в зрелом возрасте. 
Вспомните его письмо из Севастополя: "Придут счастливые дни для нашей Родины, а 

значит, и для нас". Свое счастье он видел в счастье Родины.

Игорь Васильевич делал все, чтобы люди имели наилучшие условия для плодотворной 

работы. В самых напряженных трудах и заботах он никогда не терял из виду 
человека.

"Ему не были чужды любые интересы людей, с которыми он сталкивался, - 
вспоминает 
академик И. К. Кикоин. - Он тратил много сил и энергии на помощь людям, чтобы 
либо вызволить их из случайной беды, либо помочь в работе и даже в устройстве 
их 
быта и семейной жизни, позаботиться о поощрении, награждении за успехи в работе.
 
Особую заботу он проявлял во всех случаях, угрожавших здоровью сотрудников 
института".

Действительно, заболеет кто - он обязательно побывает, поможет добыть лекарства.


"Внимательность к людям, человечность и доброта Игоря Васильевича известны 
каждому, кто хоть сколько-нибудь был с ним знаком, - пишет в своих 
воспоминаниях 
К. И. Щелкин. - Когда я лежал в больнице, однажды вечером ко мне совершенно 
неожиданно приехал Игорь Васильевич. Сам тяжело больной, занятый множеством дел,
 
он находил время - это почти всегда было за счет отдыха - навестить заболевшего 

товарища".

В доме Курчатова, в углу гостиной стоит рояль, напоминая о большой любви Игоря