Обвинительный акт сообщает следующие подробности по делу Зильберберга и 
Сулятицкого.
     «21 декабря 1906 г. в 12 часов дня в помещении института экспериментальной 
медицины был убит с.петербургский градоначальник, свиты его величества 
генералмайор фондерЛауниц.
     Убийство это, как видно из предварительного следствия, произошло при 
следующих обстоятельствах: 21 декабря предстояло освящение и открытие вновь 
построенных в районе института, на средства ст[атского] сов[етника] Н.К.
Синягина, клиники накожных болезней и домовой церкви. На это торжество 
директором института, ст[атским] сов[етником] Подвысоцким, было приглашено 
около 200 человек, причем всем приглашенным заблаовременно были разосланы 
частью именные, а частью безымянные пригласительные билеты. Съезд приглашенных 
начался в десятом часу утра. В 12 часов дня, по окончании обедни, все гости 
вышли из церкви, находящейся в четвертом этаже, и направились в третий этаж, к 
завтраку. Впереди всех шли певчие, за ними ее императорское высочество 
принцесса Ольденбургская со статским советником Синягиным, затем его высочество 
принц Александр Петрович Ольденбургскнй с градоначальником, генералмайором 
фондерЛауницем, за ними адъютант принца капитан Воршев и камергер Вуич, а за 
ними остальные приглашенные. Когда они проходили на верхней площадке лестницы, 
то здесь стоял какойто молодой человек в безукоризненной фрачной паре, 
которого все признали за одного из приглашенных. Лишь только капитан Воршев и 
камергер Вуич миновали этого молодого человека, как он внезапно выхватил 
револьвер и, изза спины их, произвел один за другим три выстрела в генерала 
Лаукица, который после третьего выстрела упал и, спустя несколько минут, 
скончался. Между тем капитан Воршев и камергер Вуич при звуке выстрелов 
обернулись назад, господин Вуич схватил убийцу за горло, а капитан Воршев, 
выхватив шашку, стал рубить ею убийцу. В то же время местный полицейский 
пристав, подполковник Корчак, видя, что убийца продолжает стрелять, схватил 
правою рукой правую руку убийцы и поднял ее кверху, и вместе с тем из 
собственного револьвера два раза выстрелил в убийцу, который после второго 
выстрела весь осел и тут же скончался.
     По осмотре трупа убийцы оказалось, что ему нанесено было семь шашечных ран 
в голову, непроникающих далее кости, и три огнестрельных — одна в грудь, причем 
пуля пробила легкое, сердечную сорочку, легочную артерию, седьмое ребро и 
остановилась в подмышечной области; другая — в левую под чревную область, 
причем пуля пробила тонкие кишки, левую подвздошную вену и край тазовой кости, 
остановилась в мягких тканях; третья — сзади правого уха, причем пуля, пробив 
кости черепа и мозг, остановилась под кожей, несколько выше и сзади левого уха. 
По сличении вынутых из тела пуль с теми, коими были заряжены револьверы убийцы 
и подполковника Корчака, оказалось, что раны в грудь и живот были нанесены из 
револьвера подполковника, а рана в голову — из револьвера самого убийцы. Как 
видно из протоколов осмотра трупа, убийца был одет в совершенно новое, без 
меток, белье, совершенно новую фрачную пару и ботинки; в руках у него находился 
пистолет браунинг с отвинченными щеками рукоятки, причем в обойме, вложенной в 
пистолет, осталось два патрона с распиленными крестообразно оболочками пуль; в 
карманах убийцы были найдены: запасная обойма с пулями, оболочки коих оказались 
с отпиленными головками, около 49 рублей деньгами, кошелек и безымянный 
пригласительный билет на торжество освящения церкви.
     Никаких указаний на личность убийцы при трупе найдено не было. Несмотря на 
все принятые меры, ни полиции, ни судебному следователю не удалось установить 
ни личности убийцы, ни того обстоятельства, откуда и каким образом он мог 
достать пригласительный билет на освящение. Единственное указание на личность 
убийцы дал осужденный ныне за преступление, предусмотренное 126 ст. уголовного 
уложения, АлиКулиБекШахТахтинский, который заявил, что это член боевой 
дружины социалистовреволюционеров, которого ШахТахтинский два раза видел на 
собрании, но имени и фамилии его не знает. Точно также не удалось выяснить, 
один ли прибыл убийца в клинику накожных болезней или вместе с соучастниками; 
только легковой извозчик Петр Трофимов показал, что 21 декабря, в 11 часу, двое 
штатских хотели его нанять с Исаакиевской площади на Лопухинскую улицу, но он 
уже был занят, и наружности нанимавших припомнить не может».
     Что же касается причины убийства генерала фондерЛауница, то таковая 
явствует из следующего письма, полученного редакцией газеты «Россия» и 
скрепленного печатью центрального комитета партии социалистовреволюционеров:
     
    «В редакцию газеты. ЦК заявляет, что смертный приговор над петербургским 
градоначальником фондерЛауницем 21 декабря приведен в исполнение членом 
центрального боевого отряда п. с.р. 24 декабря 1906 г.»
     
     Далее говорится, что в феврале 1907 г. швейцар и горничная гостиницы на 
Иматре указали охранному отделению на двух лиц, встречавшихся в гостинице с 
молодым человеком, похожим на убийцу Лауница.
     Задержанные оказались именующими себя Тройским и Штифтарем.
     Привлеченные к следствию, в качестве обвиняемых в принадлежности к 
сообществу, составившемуся с целью ниспровержения существующего 
государственного строя и имевшему в своем распоряжении средства для взрыва, и в 
участии в убийстве петербургского градоначальника ген[ерала] Лауница, — 
именующие себя мещанином Тройским и преподавателем древних языков Штифтарем, не 
признавая себя виновными и отказываясь от дачи какихлибо объяснений по делу, 
вместе с тем заявили, что найденные при них паспортные книжки — чужие, и что 
своего настоящего звания, имен и фамилий они обнаруживать не желают, добавив,