* * *
       Пятнадцатого апреля Лотрек вернулся на авеню Фрошо.
       Его вид поразил друзей. Как же он сдал за эти несколько месяцев! "На 
кого он похож!" - 
огорченно восклицали знакомые. От Лотрека осталась одна тень. Он еле ковылял, с 
трудом 
переставляя ноги. Одежда висела на нем, как на вешалке.
       И все же временами в нем просыпалось прежнее озорство, он снова бывал 
весел. 25 апреля 
он с радостью узнал, что некоторые из его картин, поставленные на продажу с 
аукциона в Друо, 
были куплены за большие деньги. Так, например, полотно "Туалет" пошло за четыре 
тысячи 
франков 1. Лотрек опять начал работать. Он взялся за новые картины: написал 
несколько сцен в 
Булонском лесу, портрет поэта Андре Ривуара и архитектора Луи-Октава Ракена, на 
которого 
Тристан Бернар сочинил эпиграмму:
Октав Ракен, ах, непригож,
Он робок, гнет его забота,
Он с Карлом Пятым был бы схож,
Когда б не череп идиота.
           1 Остальные три картины были проданы так: "В меблированных комнатах" 
за 3000 франков, 
"Уличная девка" за 2100, "Шикарные люди" за 1860 франков.
       
       Тапье де Селейран защитил в 1899 году докторскую диссертацию на тему: 
"Об одном 
случае грыжи влагалища", которую посвятил памяти Пеана (за год до этого хирург 
скоропостижно 
скончался). Лотрек написал на холсте сцену защиты диссертации: его кузен сидит 
напротив их 
общего друга профессора Ворза, члена аттестационной комиссии.
       Это полотно отличается темным колоритом и выполнено пастозными мазками, 
чуть ли не 
в академическом стиле, который оценил бы Кормон: Лотрек-художник умер.
       Гений покинул Лотрека, и теперь ему самому оставалось только одно - тоже 
умереть. 
Никогда не испытает он больше той радости, которую сам себе доставлял. Ничего 
не осталось от 
того, что служило ему утешением и защитой в его трудной судьбе, что давало ему, 
калеке, право 
жить среди нормальных людей.
       Лотрек разобрал залежи в своей мастерской и извлек оттуда все полотна, 
картоны, картины 
на дереве, все, что накопилось у него за многие годы работы. Он приехал перед 
смертью в Париж, 
вероятно, еще и для того, чтобы бросить последний взгляд на свои произведения, 
сделать 
последний мазок.
       За то время, что он пробыл в Париже, он закончил многие эскизы 
(некоторые из них были 
начаты несколько лет назад), критически пересмотрел все картины, поставил свою 
монограмму и 
подпись только на хороших, с его точки зрения, работах.
       Пятнадцатого июля, уезжая из Парижа, Лотрек закрыл за собой дверь в 
мастерскую, где 
перед отъездом он навел такой порядок, что от нее уже веяло музейным холодом 1.
           1 Действительно, богатейший фонд музея в Альби состоит из 
произведений мастерской, а также из 
переданных в дар и приобретенных музеем картин. Жуаян установил, что за 1899 г. 
Лотрек написал 
пятнадцать картин, за 1900 - двадцать одну, а за 1901 - десять.
       
       На Орлеанском вокзале Лотрека с Вио провожали Тапье де Селей-ран, Жуаян, 
еще кое-кто 
из друзей. Все прекрасно понимали, что дни художника сочтены. В последнее время,
 зная, что его 
здоровье беспокоит близких, Лотрек отшучивался, стараясь успокоить их, и даже 
строил планы на 
будущее, когда он вернется к ним. Но здесь, на вокзале, он уже не играл. 
Прощаясь с Рене Вер, он 
сказал ей: "Теперь мы можем поцеловаться, ведь вы меня больше не увидите".
       Желая смягчить эти горькие слова, он с грустной улыбкой поднял 
указательный палец, как 
обычно делал в минуту озорства, и добавил: "Когда я умру, у меня будет нос 
Сирано!"
       
III
МУХИ