ныне был до крайности ограничен" 2, художник все же приступил к этому полотну 
шириной в 
один метр шестьдесят и высотой в один метр десять сантиметров. Какая дерзость! 
Только 
вдохновение Ренуара позволило ему завершить работу над картиной в несколько 
сеансов. А 
между тем эта картина - одна из вершин его творчества как с точки зрения 
техники 
(замечательна ее вибрирующая текстура, ослепительна игра оттенков при 
доминирующем красном 
цвете - символе жизни), так и благодаря настроению, которое она создает: 
впечатлению полноты 
жизни, бездумного счастья, возникающему при виде этого первозданного мира, этих 

двух наяд, 
растянувшихся на ложе из цветов и листьев, в ярком радостном свете вечного лета 

3.
          1 Рассказано Клодом Ренуаром.
          2 Альбер Андре.
          3 Эта картина в настоящее время находится в Лувре.
       
       Силы Ренуара убывали. Голос его совсем ослабел. Он реже писал теперь 
письма друзьям. 
Иногда, не в силах держать перо, он кому-нибудь диктовал эти письма. Работая в 
мастерской, он 
теперь чаще устраивал перерывы. Но его творческий подъем не угасал, и с той же 
настойчивостью, с той же требовательностью к себе он продолжал свои поиски. Его 

исхудалое 
лицо освещалось улыбкой, когда он был доволен только что законченной работой. 
"Кажется, я 
уже немного умею писать картины, - тихо говорил он. - Мне понадобилось более 
полувека, 
чтобы добиться этого, хотя до совершенства еще очень далеко! "
       В июле Ренуар уехал в Эссуа, где провел несколько дней в обществе Жоржа 
Ривьера. 
"Чувствую, что по-прежнему иду вперед", - сказал ему художник.
       "Он писал как-то крупную обнаженную фигуру, - рассказывал Ривьер, - 
фигуру 
сидящей женщины, увиденной со спины. Он был не совсем доволен своей работой: 
тело не 
светилось так, как он этого хотел. "Чего-то здесь не хватает, - сказал он, - но 

мне еще не совсем 
ясно, что я должен сделать. Какое трудное ремесло!" На другой день перед обедом 

я пришел к 
нему в мастерскую, и он показал мне маленький холст, на котором изобразил без 
модели ту же 
обнаженную женщину. "Вот, - сказал он мне, довольный, - наконец-то я догадался, 

что нужно 
сделать". Впечатление молодости, света было и впрямь ослепительным... После 
обеда он стал 
выправлять свое большое полотно - за какой-нибудь час картина преобразилась. 
Весь уйдя в 
работу, художник не чувствовал ни боли, ни усталости. "Вот теперь все как надо",
 
- сказал он".
       Из Эссуа Ренуар ненадолго уехал в Париж. Было это во второй половине 
августа.
       Луврский музей, чьи сокровища на время военных действий вывезли в 
надежное место, 
теперь вновь открыл для посетителей часть своих залов. На первом этаже, в зале 
Лаказа, временно 
разместилась выставка произведений, переданных в дар или завещанных музею за 
период после 
1914 года. Здесь была также картина Ренуара - погрудный портрет мадам Шарпантье,
 
переданный Люксембургскому музею обществом его друзей. Художник был несколько 
обеспокоен впечатлением, которое могла произвести эта картина, да и к тому же 
сам он уже не 
столь отчетливо ее помнил. Ренуар попросил Ривьера сходить в Лувр - взглянуть 
на 
нее, а 
услышав от друга благоприятный отзыв, внезапно, охваченный нетерпением, решил 
завтра же 
отправиться туда.
       Ренуара доставили в музей в инвалидном кресле. Появление художника