| |
интересная коллекция
произведений современного искусства. Там были две картины, три рисунка и одна
литография
Ренуара. Моне в свою очередь подарил Альберу Андре одну из своих картин 1917
года,
написанных маслом, - "Отсветы на воде". Дюран-Рюэль пожертвовал музею картины
Будена,
Писсарро и Максима Мофра, Эрнест Руар - картину Берты Моризо, своей тещи. Жена
Анри
Кросса - две акварели своего мужа.
После отъезда Жана и четы Андре Ренуара вновь охватило прежнее
одиночество,
нарушаемое лишь нелепой шумихой вокруг его имени. "Меня берет оторопь от
беспрестанных
просьб, которыми мне досаждают", - писал он в апреле Дюран-Рюэлю. Весна с ее
коварной
мягкостью утомила Ренуара. "Я состарился быстрее обычного", - отметил он в мае.
По крайней мере теперь хоть день стал длиннее и на столько же
сократилась
ночь - время
страданий, тоски, тревоги: тревоги о будущем Пьера, тревоги за Жана, чья
эскадрилья
осуществляла боевые операции в Шампани.
В июле Ренуар возвратился в Париж. Здесь его ждали многочисленные
встречи, и он даже
не боялся один ездить на машине в гости. Беседы со старыми друзьями радовали и
успокаивали
его. В это время он получил письмо - убедительное свидетельство его мировой
славы, которое
особенно его взволновало. Дело в том, что лондонская Национальная галерея
выставила у себя
одну из его картин. По этому случаю несколько сот английских художников и
любителей
живописи прислали Ренуару коллективное письмо, в котором выразили ему свое
восхищение: "С
той минуты, как Ваша картина очутилась в ряду шедевров старых мастеров, мы с
радостью
осознали, что один из наших современников отныне занял свое место среди великих
мастеров
европейской традиции" 1.
Это письмо еще больше скрасило пребывание Ренуара в Париже.
В самом лучшем расположении духа он отправился в Эссуа - провести там
остаток
теплых дней. "У меня здесь отличное вино и такие же дыни", - писал он друзьям,
приглашая их к
себе. Воллар, который всегда был рад разделить общество художника, не замедлил
воспользоваться приглашением. "Кто-кто, а уж он знает, как подступиться к
Ренуару", - как-то
заметил Жорж Бернхейм, двоюродный брат Гастона. Однажды Воллар принес Ренуару с
базара
груду рыбы и, бросив ее на стол, сказал: "Напишите-ка мне вот это!" Ренуар,
которого
рассмешила эта просьба, тут же исполнил ее. "В знак признательности, -
продолжил
Жорж
Бернхейм, - Воллар подносил художнику плевательницу, подавал ночной горшок..."
2
В марте Воллар поехал в Барселону, на одну из зарубежных выставок
французского
искусства. Вообще, он часто просил Ренуара написать очередной его портрет.
Художник
отшучивался: "Хотите еще один портрет? Притащите сюда кокосовую пальму. Я
изображу вас
висящим на дереве и почесывающим себе зад" 3. Однако, узнав, что Воллар едет в
Испанию,
художник в свою очередь поделился с ним своей давней мечтой - написать портрет
человека в
костюме тореадора. Разумеется, едва очутившись в Испании, Воллар тут же стал
бегать по
портным и возвратился в Эссуа с костюмом тореадора в чемодане.
1 Сообщено Жоржем Ривьером.
2 Сообщено Рене Гимпелем.
3 Рассказано Жоржем Бессоном.
Сидя за мольбертом, Ренуар увидел Воллара в этом наряде. "Браво!" -
крикнул он ему,
восхищаясь пышностью и блеском костюма. Торговец картинами, теперь уже не
|
|
