AT 1842
. В данном варианте, как и в предыдущем, наряду с попом действуют дьякон и 
дьячок, но мотив ссоры при дележе денег отсутствует.




679

Афанасьев. Рукопись, № 99; впервые опубликовано в прил. к III т. сказок 
Афанасьева изд. 1940 г. с. 384—385.

AT 1641
(Знахарь). См. прим. к тексту № 379. Сказки, в которых в роли знахаря-отгадчика 
выступает поп, действующий заодно с дьячком-вором, представляют характерную для 
восточнославянского устного репертуара разновидность данного типа сюжета. Ср., 
например, подобные белорусские сказки (
Шейн. Материалы
, № 101, с. 217—219;
Federovski
, III, № 98, 99). «Заветная» сказка «Поп-ворожейка» отличается своеобразными 
подробностями: поп и дьячок пропивают все богослужебные книги и ризы; 
сказавшись больным, поп-пропойца закрывает церковь, но благодаря хитрости ему 
удается не только «поправиться», но и разбогатеть.




680

Афанасьев. Рукопись, № 90, впервые опубликовано в прил. к III т. сказок 
Афанасьева изд. 1940 г., с. 383.

AT —. СУС — 1849***.
Вариантов нет. Завязка сюжета этой ритмичной по своему складу сказки-побасенки 
связана с шутливым истолкованием названия газеты «Северная пчела», которая 
издавалась в Петербурге с 1825-го по 1864-й годы; до 60-х годов (под редакцией 
Ф. В. Булгарина, а также под его и Н. И. Греча редакцией) имела реакционное 
направление: с 1860 года (под редакцией П. С. Усова) перешла на либеральные 
позиции. Быть может, вопрос попадьи «Поп, что нам Северная пчела принесет»? 
задан по поводу изменения характера этой политической и литературной газеты в 
60-е годы.




681

Афанасьев. Рукопись, № 133а; впервые опубликовано в прил. к III т. сказок 
Афанасьева изд. 1940 г., с. 395—397. Записано в Тверской губ. писателем И. И. 
Лажечниковым на местном диалекте.

AT 1725
(Влюбленный священник). Сказки этого типа учтены в
AT
в многочисленных записях на европейских языках, а также в турецком, индийском 
фольклорном материале. Русских вариантов — 20, украинских — 29, белорусских — 
13. Сходные мотивы встречаются в «Тысяче и одной ночи», но история сюжета 
прослеживается лишь с первой половины XVI в., когда он был обработан немецким 
поэтом Гансом Саксом. В публикуемой сказке сборника Афанасьева отсутствуют 
некоторые характерные для сюжетного типа 1725 мотивы; благодаря работнику 
лакомые кушанья, приготовленные хозяйкой для работающего в поле любовника, 
достаются хозяину; работник убеждает любовника, что хозяин будто бы хочет его 
убить, и ничего не подозревающего хозяина посылает к нему с топором в руке. 
Вместе с тем здесь своеобразно разработаны эпизоды троекратного избиения 
дьякона работником. Необычна концовка: работник, отучив дьякона ходить в гости 
к попадье, получает за обещание молчать 100 рублей от дьякона и 200 рублей от 
попадьи.

К словам казака-батрака «...тяперичка ни за что не поеду на мельницу; и без 
таво устал. Прощай матушка» (с. 308) Афанасьевым указан вариант: «Дьякон 
прячется в мешок с ячменем. — «Что ты, батрак?» — спрашивает попадья. — «Да вот 
надо ячмень хорошенько обшастать!» — «Не трожь! Я сама на гулянках обшастаю!» — 
«Еще когда-то будет, а мне надо приказ исполнить». Взял мешок, вынес на крыльцо 
(а крыльцо-то было высокое) и бац его: пускай, дьякон пересчитает все до единой 
ступеньки!»