учтен текст, записанный в Индии. Русских вариантов — 18, украинских — 4, 
белорусских — 1. Формирование сюжета прослеживается с V в. (сб. «Типитака»). 
Старейшая европейская версия в «Speculum exemplorum» Жака де Витри (XIII в.). 
Анекдот вошел также в «Speculum magnum exemplorum» (первое голландское издание 
1481 г.), переведенный в XVI в. на польский, а в XVII в. на русский языки 
(«Wielka zwierciad?o» — «Великое зерцало»). Сюжет известен и по европейским 
новеллам, шванкам, фабльо, фацециям эпохи средних веков и Возрождения (см., 
например, Rotunda, индекс
T 255
. 2; Pauli № 142), а также по восточным анекдотам о Насреддине. К сюжетному 
типу
1365 A
относится басня Лафонтена «Утопленница» и стихотворение Адама Мицкевича «?ona 
uparta» (1840), которое, очевидно, является переложением белорусского или 
польского народного анекдота.




329

Вверх, против течения.



330


Записано в Черноярском уезде Астраханской губ. волостным писарем О. Л. 
Волконидиным. Рукописный источник в комм. к III т. сказок Афанасьева изд. 1940 
г. не указан. Рукопись — в архиве
ВГО
(р. II, оп. 1, № 93, лл. 10 об.; 1857).


AT 1365 B
(Кошен-стрижен: жена наперекор мужу утверждает, что луг не кошен, а стрижен, и, 
когда брошенная в реку тонет, показывает, — стрижен). В
AT
учтены многочисленные варианты только на европейских языках, записанные в 
Европе и Америке. Русских вариантов — 2, украинских — 3, белорусских — 5. 
История сюжета прослеживается с V в. (сб. «Типитака»). Старейшая европейская 
литературная версия — «Муж и жена-спорщица», средневекового латинского сборника 
«Расширенный Ромул» (см. Басни Эзопа. Пер., статья и комм. М. Л. Гаспарова. М.: 
Наука, 1968, с. 212). Анекдот встречается в сборниках французских фабльо и в 
других повествовательных сборниках XII—XVII вв. (Мари де Франс, Жака де Витри, 
Паули, Монтаня и др.). На его сюжет написана притча А. П. Сумарокова «Спорщица» 
(изд. 1762 г.) и стихотворение Адама Мицкевича «Golono-stry?ona» (1840), 
последнее имеет, вероятно, белорусскую или польскую фольклорную основу.

В записи О. Л. Волконидина анекдотическая сказка передается таким образом:
«Некто из мущин, обривши бороду, позвал жену и говорит: «Смотри-ка, жена, как я 
чисто обрился». Ж., посмотревши, отвечала: «Да разве это брито? Это так только 
стрыжено». М.: «Врешь, каналья, говори: брито». Ж.: «Нет стрижено». М.: «Я тебя 
изобью — говори брито». Ж.: «Нет стрижена». М., побивши ее, опять начал 
принуждать: «Говори: брито, а то утоплю!» Ж.: «Что хочешь делай — а стрижена!». 
М. повел ее топить и, введши в воду, закричал: «Говори: брита!» Ж.: «Нет 
стрижена!». М. ввел ее в глубину и, погрузив в воду, толкает в голову: — 
«Скажи: брито!» Ж. уже не может и говорить в воде, выказала руку и двумя 
пальцами утверждает, что стрижена; тогда М., выбившись из сил, освободил жену. 
Избави боже всякого от этаких жен!»



331

Место записи неизвестно.

AT 1381
(Жена-доказчица). Кроме довольно многочисленных вариантов на европейских языках,
 в
AT
учтены турецкие и индийские варианты. Русских вариантов — 24, украинских — 23, 
белорусских — 9. Сюжет восточного происхождения (см.
Chauvin
, VIII, № 184, p. 168) отразился, в средневековых французских фабльо (см. 
B?dier, p. 196, 466). Первая русская публикация (литературная обработка 
народной сказки) —
Погудка
.., III, № 7, с. 23—34. В данном и следующих вариантах, как и во многих других