| |
После слов «из сапог подошвы повырезал» (с. 108) Афанасьев в сноске привел
вариант начала сказки: «В некотором царстве, не в нашем государстве, жил да был
старик; у него было три сына, последнего звали Барма-Кутерьма. Спрашивает раз
отец своего старшего сына: «Сынок! Чем ты меня кормить будешь, как я
состареюсь?» — «Буду землю пахать, хлеб сеять да тебя кормить». — «А ты чем?» —
спрашивает среднего. «А я, батюшка, пойду в плотники, стану избы строить, да
тебя кормить». — «Ну, а ты, Кутерьма?» Держал ответ Кутерьма: «Я, батюшка,
ремесла никакого не знаю; стану и тебе и себе искать хлеба легкого, буду
воровать да обманывать, да на больших дорогах с вязовой иголкой стоять». Отец
рассердился и выгнал его из дому, с глаз своих долой. Барма-Кутерьма пошел к
дяде, а тот уже давно воровством промышляет. Стали вместе жить, вместе на
промысел ходить. Идут как-то лесом. «Послушай, — говорит дядя, — видишь — вон
ворона в гнезде сидит; я у ней яйца повытаскиваю, так что и не услышит». — «Это
что за хитрость! Как полезешь ты за яйцами, я у тебя тем временем сапог стащу —
ты и не заметишь!» — «А ну попробуй!» Покудова дядя лазил за вороньими яйцами,
Барма-Кутерьма не дремал, стащил с него оба сапога и ушел подобру-поздорову».
178
Место записи неизвестно.
AT 950
(Дядя и племянник). Сюжет имеет устное распространение во всех частях света.
Русских вариантов — 26, украинских — 18, белорусских — 5. Встречаются сказки
данного типа и в фольклоре многих других народов СССР, например, татар (из 6-ти
печатных текстов отметим только последние публикации:
Тат. творч.
, III, № 44); башкир. (
Башк. творч.
, V, №№ 48—51); казахов (Казахские народные сказки / Под ред. В. М.
Сидельникова. Алма-Ата, 1956, I, с. 285); узбеков (Узбекские народные сказки /
Сост. М. И. Афзалов. Ташкент, 1963, с. 69); бурят (
Элиасов
, с. 285), народов Кавказа (
Dirr A.
Kaukasische M?rchen. Jena, 1922, № 74). В фольклоре чеченцев и ингушей сюжет
бытует не только в сказочной, но и в песенной форме (см.:
Мунаев И. Б.
Сказочные мотивы в героико-исторических песнях (илли) вайнахов. — Фольклор
народов РСФСР, Уфа, 1979, с. 126—132). Нередко в сказках восточнославянских и
других народов СССР сюжет осложняется мотивами сказок типа
AT 1525
(Ловкий вор). Старейшая письменная версия в «Истории» Геродота (кн 2, раздел
121 — рассказ о сокровище фараона Рампсинита, более известного в новое время
под именем Рамзеса II), относится к V в. до н. э. Геродот передал рассказ
ливийца Евгаммона из города Цирены о двух братьях, сыновьях строителя здания
сокровищницы фараона, которые вместе ловко обкрадывали ее, пока один из них не
попался в ловушку и по его просьбе был обезглавлен братом. Литературная судьба
сюжета связана с восточными сборниками «Типитака», «Катхасаритсагара»,
«Панчатантра» и с латинским сборником конца XII в. «Dolopothos», а также со
средневековым фабльо, новеллами. Первые русские литературные обработки сюжета
типа 950 в сборниках XVIII в.:
Спутник
, № 95;
Левшин
, 2, с. 32—53. Сопоставительному изучению итальянских и других вариантов сюжета
типа
AT 950
посвящена монография С. Прато (
Prato Stanislao
. La leggenda del tesoro di Rampsinite nelle varie redazioni italiane e
stranier. Como, 1882). А. Н. Веселовский в своей рецензии отметил, что работа
Прато, «полезная как введение к более точному анализу», не решает задачи
исследования сложной истории сказки о Рампсинитовом сокровище (см.: Собр. соч.
А. Н. Веселовского, М.; Л., т. XVI, 1938, с. 185—190). Эта задача не решена и
поныне. Наиболее основательной из имеющихся многочисленных работ о сказках,
пересказанных Геродотом, является монография В. Алю (
Aly W.
Volksm?rchen, Sage und Novelle bei Herodot und seinen Zeitgenossen. G?ttingen,
1921). В данном тексте сборника Афанасьева начальные эпизоды напоминают
сюжетные типы
AT 1525 Д
и
AT 1525 E
, как и в некоторых других русских вариантах «Сокровищ Рампсинита» (ср.,
например: Сказки Терского берега Белого моря / Изд. подг. Д. М. Балашов. Л.:
Наука, 1970, № 61), эпизод, в котором вор помогает тетке оплакать убитого мужа,
|
|
