и говорит медведю:
— Я еще схожу, этих мало будет.
Снова пошел, запел прощальную песню:
— В последний раз хожу, скоро меня съедят!
Вдруг Кутх по тундре идет. Услышал он: кто-то прощальною песню поет. Сразу 
пошел он на тот поющий голос:
— Гляди-ка, Мечхч! Ты чего стонешь?
— Эх, Кутх, в последний раз я гуляю!
— А что так?
— Скоро меня съедят. Эти дрова я для своего котла несу, зажарят меня.
— Кто же?
— Да медведь.

— Ты чего? Ну, хватит тебе плакать! Ты пойди, отнеси эти дрова. Костер 
потихонечку складывай. Не торопись! А я пока что дрыгалку
232
сделаю. Потом ты меня как будто нечаянно увидишь и скажешь медведю: «У-у, вот 
уж Кутха нелегкая несет!» Как будто ты на меня сердишься.

Мечхч пошел домой. Медведь спрашивает его:
— Уже пришел?
— Пришел.
— Ну, делай костер!
Уселся Мечхч, стал потихоньку складывать костер. Вдруг закричал:
— Ах ты, вот Кутха нелегкая несет!
Медведь сразу говорит:
— Ты смотри, не выдавай меня, я клубком свернусь.
Свернулся медведь клубком, лежит. Приходит Кутх:
— Здорово, Мечхч!
— Здорово!
Кутх подошел к медведю:
— А это что такое тут лежит?

— Да это моя сельница
233
.

Начал Кутх осматривать ее.
— Мечхч, а почему она с шерстью?
— А что мне, взял вот и обтянул ее шкурой!
— Мечхч! А почему она с ногами?
— А что мне, захотел, вот и сделал с ногами!
Подошел Кутх к медвежьей голове.
— Мечхч! А зачем она с головой?
— А мне что, сделал вот с головой!
Кутх половчее прицеливается к медвежьей голове, чтобы стукнуть наверняка. А 
медведь лежит и не дышит. Кутх взял дрыгалку, нацелился — ка-ак трахнет медведя 
по голове! Тот даже не шевельнулся. Кутх крикнул:
— Мечхч, живее брюхо ему распори, а то оживет!
Началась у них беготня: медведя потрошат, сразу же и варят, сразу и жарят. Кутх 
говорит:
— Теперь, Мечхч, давай сделаем из медвежьей шкуры мешки, мяса для Мити отнесем!
— Ой, дедушка, хоть все мясо бери, раз уж ты меня в живых оставил!
Пошли они к Мити, пришли. Поднялись к входной дыре:
— Мити! Ношу принимай!
Мити выскочила наверх:
— Ой, Кутх, где же это ты мяса добыл?
— Не болтай слишком много, — говорит ей Кутх. — Давай-ка, чего-нибудь 
вкусненького сготовь! А ты, Мечхч, никуда не уходи, живи у меня как мой сын.




196. Ивликелхен




Рассказала В. И. Пономарева (см. прим. к № 166), зап. и пер. А. П. Володин. 
Публикуется впервые.


Распространенная у народностей Чукотки и Камчатки сказка о вредоносном существе,
 пожирающем все живое. В ительменском фольклоре — это Ивликелхен («Длинный злой 
старичок») (в № 179 — Кутх), в чукотском — кэле, в эскимосском — великанша 
Майырахпак и т. д. Следует отметить, что чудовище, пожирающее детенышей, в 
сказках народностей указанного региона изображается в образе женского существа, 
поэтому представление Ивликелхена в одноименной сказке как мужского персонажа 
является, по-видимому, результатом изменения сюжета у современных ительменов, 
замены женского персонажа мужским. Вариант сказки, где вместо Ивликелхена