Пошел на рыбалку. Поставил запор. Стала ловиться чавыча
214
и всякая другая рыба. Пошел Кутх вынимать рыбу из морды
215
. Тут лиса Петенга пришла. Сразу Кутха соблазнила. Стал он рыбьи головки для 
лисы Петенги отламывать, а домой безголовую рыбу носить. Сказал жене:

— Медведи запор испортили, все головки у рыб отъедают!
Потом еще прибавил:
— Я, Мити, буду по ночам к запору ходить.
Мити сказала:
— Ладно, Кутх, ходи по ночам!
Не знала Мити, что ее муж обманщик! А Кутх вместе с лисой Петенгой спал, любил 
ее, как жену. Встанет, сразу к запору идет. Отдаст все рыбьи головки Петенге, а 
Мити безголовых рыб несет. Вот раз пришел Кутх и сказал, как всегда:
— На, Мити, рыбу!
Посмотрела Мити: опять рыба безголовая.
— Почему ты, Кутх, носишь мне безголовую рыбу? Неужели сам все головки 
съедаешь?
— Нет, Мити, это медведи. Испортили запор и отъедают головки.
Побыл Кутх дома немного и ушел. Взяло Мити сомнение:
— Что это Кутх туда повадился? Неужели он меня обманывает?
Вечером пошла Мити к Кутху. Пришла, а Кутх вместе с лисой Петенгой лежит, 
разговаривает. Увидела это Мити, посмотрела и тут же домой вернулась: узнала, 
куда рыбьи головки деваются. Заострила она длинный кол, позвоночник к нему 
привязала. Опять вечером отправилась и кол с собой взяла. Пришла. Кутх уже с 
лисой Петенгой лежит. Воткнула Мити кол лисе в задницу. Заохала лиса:
— Ой, ой, больно!
Кутх сказал:
— Что ты, Петенга?
— Хвост болит!
Вскочила лиса, увидела Мити и убежала в лес вместе с колом, грохоча привязанным 
позвоночником. Мити сказала:
— Эх, Кутх, какой ты лгунишка! А я-то и правда думала, что ты медведей 
сторожишь. А ты меня обманываешь!
Кутх сказал:
— Ну, будет, Мити, давай опять станем жить по-хорошему!
Стали они опять хорошо жить и веселиться.




173. Кутх, лиса и волк




Зап. В. И. Иохельсон (см. прим. к № 168).


Опубл.: Kamchadal texts, стр. 155, № К2.22.


В русском переводе публикуется впервые. Пер. с ительменского А. П. Володин.


Адаптированные сюжеты двух известных у многих народов сказок — о старике, 
обманутом лисой, и о волке, приморозившем по наущению той же лисы свой хвост в 
проруби. В роли обманутого рыболова здесь — Кутх. Эта же сказка в разных 
вариантах зафиксирована у азиатских эскимосов и чукчей. В данном случае не 
исключено влияние и русского фольклора.



Жил Кутх с женой Мити. Перекрыл Кутх речку, поставил морду на гольцов
216
. Стал Кутх ловить гольцов. Вот однажды лиса решила Кутха обмануть: легла на 
дороге, притворилась мертвой, как будто замерзла. Идет Кутх, видит — лиса 
валяется. Обрадовался Кутх. Гольцов на нарту нагрузил. Лису кое-как привязал 
сзади. И пошел домой. Стала лиса гольцов сбрасывать с нарты, а потом, и сама 
спрыгнула. А Кутх не заметил, что лиса убежала. Пришел домой, вошел:

— Эй, Мити, убери гольцов и лису там возьми!
Вышла Мити. Гольцов совсем мало. Унесла их, а лису не могла найти. Вошла Мити в 
дом, сказала:
— Кутх, нет лисы!
— Как нет! На нарте сзади лежит!
— Ты, Кутх, лису не знаешь. Обманщица она!