— Что за чертовщина? — говорит он жене. — Скоро уже землю насквозь пройду, а 
водой и не пахнет. Не заплатит мне сановник ни гроша за такую работу. Чем же я 
детей кормить стану?
На другой день наткнулось острие лопаты на что-то твердое. Сверкнула 
ослепительная искра и не погасла. Глянул бедняк, а это — драгоценный камень 
переливается всеми цветами радуги.
Завернул бедняк находку в тряпицу и отнес самому ученому в городе человеку. 
Ученый повертел камень в руках и повел бедняка к правителю города. Оробел 
бедняк, переступив порог ханского дворца. но правитель, услыхав о редкой 
находке, приказал на месте колодца построить прииск, а присматривать за 
прииском поставил бедняка, пожаловав его в сановники.
Услыхал об этом богач, который жил со Счастьем, и немало удивился. Поехал он в 
город, разыскал бывшего своего работника, расспрашивать начал:
— Скажи на милость, как тебе удалось разбогатеть столь быстро?
— Молотил я твой хлеб, — стал рассказывать бывший бедняк, — и увидел двух 
маленьких мальчиков. Они собирали оброненные колосья и втыкали их в снопы. 
Поймал я мальчиков, и научили они меня, как избавиться от Горя. Посадил я свое 
Горе горемычное в пустую бочку, законопатил ее и зарыл на пустыре у подошвы 
высокой горы. А про Счастье мое — это уже другой разговор. У каждого свое 
Счастье, и ты не обойден им.
«Может быть, и свое, но твое-то Счастье лучше», — позавидовал богач, 
возвращаясь домой. увидел он пустырь у подошвы большой горы, отрыл закопанную 
бочку и выпустил Горе на волю.
— Возвращайся, — говорит, — к своему хозяину.
— Не пойду, — заупрямилось Горе. — Он снова посадит меня в бочку и зароет в 
землю. Лучше я у тебя останусь.
С этими словами вцепилось Горе горемычное в телегу богача и приехало вместе с 
ним на подворье. Зашел богач в дом, и Горе вслед за ним.
С тех пор сколько бы богачево Счастье добра ни принесло, все пускало по ветру 
Горе горемычное.




СЫН БЕДНЯКА И ЖЕСТОКИЙ ХАН

Было это во владениях злого, жестокого, бессердечного хана.
Жил в тех местах не старый еще бедняк с сыном. Хан его притеснял, заставлял 
работать даром, кормил впроголодь. Бедняк не мог придумать, как избавиться от 
кабалы. Однажды он собрался в лес и взял с собой сына. Шли они и разговаривали.
— Соседи завидуют моему уму и ловкости, — говорил отец. — Я могу из сорочьего 
гнезда яйцо утащить — и сорока не заметит. А вот хана мне не провести…
Сын показал отцу на дерево — на самой макушке было сорочье гнездо.
— Попробуйте достаньте яйцо, чтобы сорока не увидела.
Отец подошел к дереву, обхватил его ногами в унтах и полез. Сын усмехнулся, 
вытащил нож, быстро срезал с отцовских унтов подошвы. Отец достал из гнезда 
сорочье яйцо, спустился вниз и ахнул: унты-то оказались без подошв!
— Ну и сын! — рассмеялся бедняк. — Ты, пожалуй, можешь хана перехитрить.
Рассказал он соседям про ловкость сына, и пошла молва о том, что сын бедняка 
очень умный и хитрый.
Скоро хан призвал ловкого паренька к себе во дворец.
— Слышал я, — грозным голосом сказал хан, — что ты умен да хитер. Так ли это?
— Так, светлейший хан, — смело ответил сын бедняка.
— Ха-ха-ха! — раскатисто засмеялся хан. — Ха-ха-ха! Ты просто хвастун!
От хохота жирное брюхо у хана колыхалось, щеки тряслись, а глаза были красные, 
злые.
— Вот я тебя испытаю. Слушай: в домике, во дворе у меня, стоит ручная мельница. 
Сумеешь унести ее сегодня ночью, чтобы никто не видел, — твоя будет. Не сумеешь 
— голову с плеч сниму. Понял?
— Понял, — спокойно ответил сын бедняка. — Попробую.
Вечером хан спустил с цепей девяносто четыре злые собаки, приказал двум баторам 
(Батор — богатырь, герой) всю ночь беспрерывно вертеть ручную мельницу. Потом 
призвал придворного палача и велел ему наточить топор.
— Ха-ха-ха! — смеялся хан, укладываясь спать. — Посмотрим, кто кого перехитрит!
Ночью паренек пробрался на ханский двор, увидел собак, баторов и вернулся домой.
 Голыми руками мельницу не добудешь!
Дома он набрал полный мешок костей, взял большую чашку саламата и снова пошел 
на ханский двор. Дал по косточке всем девяносто четырем собакам и, пока они 
дрались из-за костей, стал пробираться дальше. Чашку с саламатом поставил у 
дверей дома, где стояла ручная мельница, а сам спрятался.
Вот один батор захотел выйти на улицу — отдохнуть. Он наказал второму, чтобы 
тот не отлучался от мельницы.
— Вернусь — ты отдохнешь, — сказал он. Батор вышел во двор и увидел у дверей 
большую чашку саламата.
— О добрый, заботливый хан-отец! — проговорил обрадованный батор. — Позаботился 
о нас, приготовил угощение!
Он съел весь саламат, облизал чашку, вернулся к товарищу и все рассказал ему.
— А мне ты оставил саламата? — спросил тот.
— Нет, весь съел…
Второй батор рассердился, стал ругаться, полез драться. Баторы сцепились,