— Как могло случиться, что вы освободили Роллинса? — спросил я его.
— Вы лучше спросите, как могло случиться, что я попал впросак. Я услышал 
выстрел и решил разузнать, кто это шумит в наших лесах. И вдруг увидел человека,
 привязанного к дереву, а рядом с ним лошадь, чтоб мне лопнуть! Я сначала вынул 
у него изо рта кляп и спросил, кто он такой и как его угораздило оказаться в 
столь незавидном положении. Человек сказал мне, что он торговец пушниной и ехал 
к Олд Файерхэнду, но по пути на него напали индейцы и привязали к дереву.
— Сэм, где были ваши глаза и мозги? — спросил я его. — Неужели индейцы оставили 
бы ему лошадь? Почему вы не посмотрели на следы возле дерева? Достаточно было 
одного взгляда на отпечатки копыт Сволоу, чтобы уличить негодяя во лжи.
— Вы совершенно правы, сэр! Старый Сэм совсем ослеп, а мозги его высохли. У 
меня сегодня неудачный день, самый черный день в моей жизни! Я освободил 
негодяя и хотел привести его сюда, но он вскочил в седло и был таков. Я подумал 
об индейцах и поскорее вернулся домой, даже предупредил часового об опасности, 
чтоб мне лопнуть! Будь у меня волосы на голове, я бы вырвал их с корнем, клочок 
за клочком, но у меня их нет. А если испорчу парик, все равно ничего не 
изменится. Но завтра я пойду по следу мерзавцев и не успокоюсь, пока не 
прихлопну их по одному. Это говорю я, Сэм Хокенс!
— Мой брат Сэм не сделает этого, — произнес Виннету, тем временем вернувшийся к 
костру. — Вождь апачей сам пойдет по следу убийцы Ншо-Чи и Инчу-Чуны. Белые 
братья останутся здесь, чтобы защитить «крепость» и Олд Файерхэнда.
Потом, когда все уже улеглись спать, я пошел искать Виннету. Его конь щипал 
траву на берегу ручья, а апач лежал рядом, завернувшись в одеяло и глядя в 
звездное небо. Увидев меня, он встал, взял меня за руку и сказал:
— Виннету знает, почему к нему пришел его любимый брат. Он хочет ехать со мной?
— Да.
— Я благодарен моему брату, но ему придется остаться здесь. Олд Файерхэнд слаб, 
его сын еще ребенок. Сэм Хокенс постарел, ты сам убедился в этом, а солдаты из 
форта — чужие нам люди, на них можно положиться только при защите от 
краснокожих. А если Сантэр ускользнет от меня и появится здесь, они — с них 
станется — могут взять его сторону. Мне дорог Олд Файерхэнд, защити его ради 
меня. Ты исполнишь просьбу Виннету?
Мне нелегко было согласиться. Я не хотел расставаться с вождем, но пришлось 
уступить его настойчивым просьбам. Олд Файерхэнд действительно нуждался в моей 
помощи больше, чем Виннету. Но все же на душе было тревожно: Виннету один шел в 
погоню за пятью опасными и безжалостными негодяями.
Утренняя звезда еще ярко горела на небе, когда мы вдвоем покинули «крепость», а 
к рассвету мы уже добрались до того места, где накануне Роллинс встретил 
Сантэра и они пустились в бегство. Зоркие глаза Виннету все еще различали их 
следы.
— Здесь мы простимся, — сказал он, обнимая меня. — Великий Дух опять приказал 
нам расстаться, но он позволит нам встретиться снова, потому что Виннету и Олд 
Шеттерхэнд не могут жить вдали друг от друга. Меня гонит вперед вражда, тебя 
удерживает здесь дружба, но наше кровное братство опять соединит нас. Хуг!
Он выпрямился в седле, громко крикнул, понукая лошадь, и помчался вперед. Его 
длинные воронова крыла волосы развевались на ветру под стать конской гриве. Я 
стоял, глядя ему вслед, пока он не исчез из виду.
Догонишь ли ты врага? Когда мне доведется снова увидеть тебя, мой любимый брат 
Виннету?..