адническому роду. Его двоюродные деды были консулами, но ни отец его, ни дед 
не занимали высоких должностей. Детство Септимия прошло в Африке, а в Рим он 
приехал, уже будучи юношей, для получения образования (Спартиан: "Север"; 1), 
Сначала он отдался учению, потом обратился к практике форума, но, мало этим 
удовлетворенный, стал браться за разные дела и искать для себя наилучшего 
занятия, что естественно при тяжелых обстоятельствах жизни (Виктор: "О 
Цезарях"; 
20). Молодость его была полна безумств, а подчас и преступлений. Он был обвинен 

в прелюбодеянии и оправдан проконсулом Дидием Юлианом, преемником которого по 
императорской власти он потом стал. В должности квестора он проявил 
старательность, а должность военного трибуна миновал вовсе, получив сразу после 

квестуры в управление провинцию Бетику. В это время умер его отец, и Септимий 
должен был ехать в Африку для устройства семейных дел. В его отсутствие ему 
вместо Бетики была назначена Сардиния. Закончив здесь свое квестор-ство, он 
исполнял должность легата при проконсуле Африки Говорят, что однажды один 
летинец, простой человек из одного с ним мунципия, обнял его, как старого 
товарища, в то время как перед ним несли фаски. Север наказал его розгами, 
причем глашатай объявил решение: "Не смей, простой человек, дерзко обнимать 
легата римского народа".

Должность народного трибуна он получил по назначению императора Марка Аврелия и,
 
исполняя ее, обнаружил исключительную строгость и энергию. Тогда же он женился 
на Марции, о которой ничего не сказал в истории своей частной жизни. 
Впоследствии, став императором, он поставил ей статуи. В 178 г. он был намечен 
в 
преторы также по выбору императора Марка Аврелия. После этого он был послан в 
Испанию, потом командовал четвертым легионом в Сирии и управлял Лугдунской 
провинцией в Галлии. Потеряв свою первую жену, он женился в Сирии на Юлии Домне,
 
женщине красивой и образованной, но не проявлявшей склонности к добродетели- В 
Галлии его очень превозносили за строюсть, внимательность и бескорыстие. Из 
Лугдунской провинции он был отправлен управлять Паннонией, а после этого был 
проконсулом в Сицилии.

Консулом Септимий стал впервые около 189 г. уже при Коммоде. Вслед за тем он 
был 
поставлен во главе паннонских легионов и, командуя ими, увеличил еще более свою 

уже и без того громкую славу (Спартиан: "Север"; 2-4). 

По свидетельству Геродиана, Септимий Север отличался силой и энергией в 
управлении. Он был человеком, привыкшим к суровой и грубой жизни, очень легко 
переносившим труды, быстрым в своих замыслах и скорым в исполнении задуманного. 

После того как в Риме в 193 г. были убиты сначала Коммод, а потом Пертинакс, 
мысли о императорской власти то и дело приходила к нему. К тому же известно 
было, что Дидий Юлиан, которого провозгласили императором столичные преторианцы,
 

не пользуется никакой поддержкой: чернь его ненавидела, а сенаторы презирали. 
Взвесив все за и против, Септимий начал осторожно испытывать настроение воинов. 

Сначала он привлекал к себе небольшими группами начальников, трибунов и видных 
людей в лагерях, беседовал с ними о Римской державе и говорил, что она совсем 
повержена и нет никого, кто бы ей управлял благородным образом и по достоинству.
 
Он осуждал находившихся в Риме воинов за их неверность и за то, что они 
запятнали свою присягу императорской и родственной кровью, говорил о 
необходимости отомстить и покарать за убийство Пертинакса. Он знал, что все 
воины в Иллирике помнят о командовании Пертинакса: ведь в царствование Марка 
Аврелия Пертинакс воздвигнул много трофеев против германцев; назначенный 
военачальником и правителем Иллирика, он проявил всяческое мужество в битвах 
против врагов, а по отношению к подчиненным выказал благожелательность и 
доброту; поэтому они, чтя его память, негодовали по поводу столь жестокого и 
дерзкого поступка с ним. Ухватившись за этот предлог, Септимий легко вовлек их 
в 
то, чего хотел, притворяясь, будто он не так желает захватить власть и 
приобрести для себя могущество, как отомстить за кровь такого государя. И вот, 
поверив Септимию, иллирийцы предоставили себя в его распоряжение, объявили его 
императором и вручили ему власть. После этого он начал рассылать своих людей в 
соседние провинции и ко всем правителям подчиненных римлянам северных племен и, 

склоняя их всех большими обещаниями и надеждами, легко привлек к себе. Больше, 
чем кто-либо другой, он обладал способностью притворяться и внушать доверие к 
своей благожелательности, не скупился на клятвы, чтобы затем, если нужно было, 
нарушить их, прибегал ко лжи ради выгоды, и с языка его сходило то, чего не 
было 
н