вас нанял, на место, как договаривались.
     Оказалось, что гребцам ничего не платят, они работают за харчи, да и те
плохие. Невельской договорился  о  цене за греблю, а гилякам велел работать,
как обязались.
     - Ну, теперь твоя очередь,- сказал Невельской, обращаясь к Гао.
     Гао давно стоял ссутулившись, вобрав голову в плечи и быстро соображая,
что  и  на  какой  вопрос отвечать.  Но оказалось все очень просто: одна  из
гилячек пожаловалась на Гао, что тот  плохо  оценил сегодня ее единственного
соболя и сказал ей грубые слова.
     Спор был улажен. Гао сразу согласился уплатить старухе, что следует. Он
ожидал иного.
     Толпа  расходилась. Чумбока ушел с капитаном в  палатку. Туда  же пошли
маньчжуры. Капитан позвал их пить чай на прощанье.
     Маньчжуры долго  сидели у него. Опять начались разговоры  про край, про
торговлю, про рыжих...
     Капитан  дружески   простился  со  старым  чиновником,  приглашая  всех
маньчжур приезжать к себе в гости,  и сказал,  чтобы они не  разрешали своим
людям обижать гиляков.

Глава 18 ВОЗМЕЗДИЕ

     Гао, желая  поскорей убраться, зашагал  к  своей  лодке, скрытой  между
больших гиляцких плоскодонок.
     Он сетовал  на  себя.  Надо  же  было  лезть  к  капитану!  Хорошо  еще
отделался... Он-то  ждал, что горюнцы  могут  напакостить. Одна надежда, что
дома они в его власти и поэтому не посмеют.
     Вчера, встретив  Чумбоку,  Гао подумал,  не уехать ли,  но  решил,  что
нечего  бояться. Невельской, как понял Гао,-  купец, с ним  выгодно  завести
дела, торговать. Ради ничтожных дика-
     526
     рей купец  не  обидит  купца.  Гао  надеялся, что  русский  не  придаст
значения жалобам Чумбоки, а сам  Чумбока так тронут рассказами о брате,  что
должен позабыть  свое  зло. Не  умеют долго  злиться дикари.  Они слабые. Их
поманишь чем-нибудь, и сердце у них отходит.
     Гао подошел к лодке,  сожалея, что нет сына и нельзя сразу  уехать.  Он
стал собираться, когда кто-то  тронул его за плечо. Гао оглянулся: перед ним
стоял Чумбока.
     - Мне тебя надо! - сказал он.- Я вчера хотел поговорить. Я подумал, что
ты не всегда лжешь  и  обманываешь. Сегодня  приехали родные, и я узнал, как
живет брат. Выходи из лодки!
     Гао что-то  хотел  сказать, перешагнул через  борт, улыбнулся,  ласково
тронул руку Чумбоки. Подошли гиляки и горюнцы.
     -  Вот скажи при  них, что ты всегда обманывал  меня и брата... Объяви,
что мой отец не был должен, что ты ложно приписал ему долг после смерти...
     Гао  Цзо  сощурил глаза,  вобрал  голову в  плечи  и  опять  принял вид
дряхлого старика.
     Чумбока взял его за руку и рванул с силой.
     - Идем к капитану!
     -  Веди его  к  капитану! - закричали столпившиеся гиляки.-  Он повесит
его! Это самый большой обманщик из всех торговцев.
     - Ах, это он?
     - Иди! - крикнул на торговца Кога.
     - Что тебе надо? - умоляюще спросил Гао у Чумбоки.
     - Отвечай, был его  умерший отец тебе должен? - хватаясь за нож, хрипло
крикнул гиляк Хурх, старый друг Чумбоки, знавший всю его историю.
     - Его отец? - переспросил торгаш.
     - Не прикидывайся дураком! - заорал Хурх. Он  вынул нож и поднес острие
его к лицу Гао.
     Двое гиляков притащили  старшего  сына  Гао,  рослого, шустрого  парня,
приехавшего вместе с отцом и отлучавшегося по торговым делам в деревню.
     -  Нет,  не был должен! -  воскликнул  Гао.- Но  разве  вы не  слыхали,
капитан сказал, будет наказывать тех, кто осмелится угрожать ножами?
     - Отец не был должен? - спросил Чумбока.
     - Не был! - ласково сказал Гао.- Его  отец не  был  должен!  -  радуясь
своей находчивости, продолжал торгаш, обра-
     527
     щаясь к толпе.-Это виноват приказчик. Он придумал. Сам украл мой товар,
а сказал на умершего.
     - Врешь! - крикнул Чумбока.- Правду лучше говори! Кто придумал?
     -Зарезать его!
     Гао, казалось, лишился голоса.
     - Говори! - закричал на отца Гао-сын, которого гиляки стали бить.
     - Ни ты, ни твой брат мне.не были должны. Отец твой не был должен!
     - А кто придумал? Ты? Или ты? - замахнулся Чумбока на Гао-сына.
     Гао  что-то  забормотал себе под  нос. Он вдруг почувствовал, что  дело
плохо, и повалился на колени перед Чумбокой.
     - Нет, погоди!-сказал гольд.-  Давай все  подсчитаем. Кто вернет нам  с
братом все, что ты забрал у нас за долги отца?
     -  Что  с  ним  разбираться!  Хороший  случай,  потащим его  обратно  к
капитану,-  убеждал  друга Хурх.- Узнаем, как он дело решит.  Опять будет за
маньчжур, может быть. Если он его не повесит, то мы сами потом это  сделаем.
У меня есть хорошая веревка...
     - Нет, нет!  Я все скажу! Только не убивайте! Я  честный, но несчастный
торговец.
     Гао  боялся не  смерти.  Он опасался, ч