Druzya.org
Возьмемся за руки, Друзья...
 
 
Наши Друзья

Александр Градский
Мемориальный сайт Дольфи. 
				  Светлой памяти детей,
				  погибших  1 июня 2001 года, 
				  а также всем жертвам теракта возле 
				 Тель-Авивского Дельфинариума посвящается...

Библиотека :: История :: История Европы :: История Польши :: Генрик СЕНКЕВИЧ :: ОГНЕМ И МЕЧОМ :: IV. ПАН ВОЛОДЫЁВСКИЙ
<<-[Весь Текст]
Страница: из 216
 <<-
 
 отвечали из
замков на  огонь турков.  Генерал подольский время от времени заглядывал к
ним,   он  ходил  под  градом  пуль  весьма  озабоченный,  но  пренебрегал
опасностью.
     К вечеру, когда огонь усилился еще пуще, генерал подольский подошел к
Володыёвскому.
     - Мы здесь долго не продержимся, полковник, - сказал он.
     - Продержимся,  покуда  турки  стрельбою  довольствуются,  -  ответил
маленький рыцарь, - но они нас минами отсюда выкурят, камень уже долбят.
     - В самом деле долбят? - с тревогой спросил генерал.
     - От  семидесяти пушек грохот стоит неумолчный,  но  случаются все же
минуты тишины.  Как придет такая минута, вы, ваша светлость, прислушайтесь
и услышите.
     Минуты этой пришлось ждать недолго,  к тому же помог случай.  Лопнула
одна осадная турецкая пушка.  Это вызвало замешательство, из других шанцев
посылали узнать, что произошло, и стрельба на время прекратилась.
     В  этот момент Потоцкий с Володыёвским подошли к самому краю бастиона
и  стали  прислушиваться.  Спустя какое-то  время  уши  их  уловили весьма
явственное звяканье кирок, дробящих скалу.
     - Долбят, - сказал Потоцкий.
     - Долбят, - подтвердил маленький рыцарь.
     Оба замолкли. Великую тревогу выразило лицо генерала; подняв руки, он
крепко сжал виски ладонями.
     - Дело обычное при любой осаде,  -  сказал на это Володыёвский.  -  У
Збаража под нами денно и нощно рыли.
     Генерал поднял голову.
     - И как поступал при этом Вишневецкий?
     - Мы сужали кольцо валов.
     - А нам что делать надлежит?
     - Нам надлежит орудия и все,  что можно, с собою захватить и в старый
замок перенестись,  поскольку он стоит на скалах, минам недоступных. Я так
и  рассчитывал:  новый  замок  послужит нам  для  того  лишь,  чтобы  дать
неприятелю первый отпор,  после мы сами взорвем его с фасада,  а настоящая
оборона только в старом начнется.
     Наступила минута молчания, и опять генерал озабоченно склонил голову.
     - А  коли  нам  придется из  старого замка отступать?  Куда отступать
станем? - спросил он подавленно.
     Маленький рыцарь  выпрямился,  шевельнул усиками и  указал  пальцем в
землю.
     - Я только туда, - молвил он.
     В  тот же миг сызнова взревели пушки и  целые стаи гранат полетели на
замок,   но  уже  стемнело,  и  их  отчетливо  было  видно.  Володыёвский,
простившись с генералом,  пошел вдоль стен и,  переходя от одной батареи к
другой, всех взбадривал, давал советы. Наконец ему встретился Кетлинг.
     - Ну что?
     Тот мягко улыбнулся и сказал, пожимая руку маленькому рыцарю:
     - Видно от гранат, как днем. Огня нам не жалеют!
     - Важная пушка у них лопнула. Ты взорвал?
     - Я.
     - Спать, однако, хочется.
     - И мне, да не время.
     - Женушки  небось,   беспокоятся,   -   сказал  Володыёвский,  -  как
подумаешь, сон бежит.
     - Молятся за нас, - молвил Кетлинг, подняв глаза к летящим гранатам.
     - Дай бог здоровья моей и твоей!
     - Между шляхтянками, - начал Кетлинг, - нету...
     Но не закончил -  в эту как раз минуту маленький рыцарь, обернувшись,
закричал вдруг что есть мочи:
     - О боже! Батюшки светы! Что я вижу!
     И бросился вперед.  Кетлинг глянул удивленный:  в нескольких десятках
шагов от них,  на подворье замка, он увидел Басю в сопровождении Заглобы и
жмудина Пентки.
     - К стене!  К стене! - кричал маленький рыцарь, спеша оттащить их под
прикрытие крепостных зубцов. - Бога ради!..
     - Ох!  Да разве же с нею справишься!  -  прерывающимся голосом, сопя,
проговорил Заглоба.  -  Прошу,  молю,  и  себя ведь,  и меня погубишь!  На
коленях ползаю,  куда там! Что было делать? Одну ее пустить? Уф! Ничего не
слушает! Ничего! <Пойду да пойду!> Получай вот!
     На  лице у  Баси был  испуг,  брови дергались -  сейчас заплачет.  Не
гранат она боялась, не грохота ядер, не осколков камней, но мужнина гнева.
Сложив  руки,  как  ребенок,  который страшится наказания,  она  вскричала
рыдающим голосом:
     - Не могла я,  Михалек!  Ну,  ей-богу,  не могла! Не сердись Михалек,
милый! Не могу я там сидеть, когда ты тут маешься! Не могу! Не могу!
     Он  и  вправду рассердился было,  чуть  не  крикнул:  <Бога,  Баська,
побойся!> -  но внезапно такое умиление охватило его, что слова застряли в
горле, и, только когда светлая, милая ее головка прижалась к его груди, он
наконец произнес:
     - Друг ты мой верный, до самой смерти!..
     И обнял ее.
     А  Заглоба  тем  временем,  втиснувшись в  стенной пролом,  торопливо
рассказывал Кетлингу:
     - И твоя собралась было,  да мы ее обманули,  никуда не идем, мол. Ну
как же!  В ее-то положении...  Генерал артиллерии у тебя родится,  как бог
свят!  На мост меж городом и замком, гранаты сыплются, что груши спелые...
Думал,  лопну...  Не  от  страха,  нет,  от  злости...  На  острые осколки
угораздило шмякнуться,  всю кожу себе ободрал,  теперь  небось  неделю  не
сядешь   -   больно.  Придется  монахиням  смазывать  меня,  о  скромности
позабывши.  Уф!  А те шельмецы все стреляют, чтоб их громом разразило! Пан
Потоцкий командование мне хочет передать...  Пить солдатам дайте,  а то не
выдержат...  Глядите,  граната!  Господи боже мой! Где-то близко упадет...
Баську заслоните! Ей-богу близко!..
     Но граната упала вовсе не  близко,  а  далеко  на  крышу  лютеранской
часовни  в  старом  замке.  В  этой часовне с мощными сводами был арсенал.
Снаряд,  однако,  пробил  своды  и  зажег  порох.  Оглушительный   грохот,
сильнейший,   нежели   гром  орудий,  сотряс  основания  обоих  замков.  С
крепостных стен послышались вопли ужаса, все пуш
 
<<-[Весь Текст]
Страница: из 216
 <<-