омалу ободрялись сердца, до того снедаемые сомненьями и страхом.
     Друзья  наши,   тоже  приободрившиеся,   после  долгого  и   трудного
путешествия благополучно прибыли в  Збараж  и,  доложившись в  замке,  без
промедления отправились к  коменданту,  которым,  к немалому их изумлению,
оказался Вершулл.
     - А где Скшетуский? - едва поздоровавшись, спросил Заглоба.
     - Нету его, - отвечал Вершулл.
     - Ваша милость, стало быть, комендантом крепости назначен?
     - Так точно.  Взамен Скшетуского:  он уехал, а мне вверил гарнизон до
своего возвращенья.
     - А когда обещал вернуться?
     - Ничего  не  сказал,  сам  не  знал,  видно,  только  попросил перед
отъездом: "Если ко мне кто приедет, скажи, чтобы здесь дожидался".
     Заглоба с Володыёвским переглянулись.
     - Давно он уехал? - спросил маленький рыцарь.
     - Десять дней как.
     - Пан Михал,  -  сказал Заглоба,  - хорошо бы, пан Вершулл ужином нас
угостил - какой разговор на голодный желудок! За трапезой все и обсудим.
     - Рад служить,  любезные судари,  я  и  сам как раз за стол собрался.
Кстати сказать,  командование переходит к пану Володыёвскому, как старшему
по званию, так что я у него в гостях, а не он у меня.
     - Оставайся начальствовать, пан Кшиштоф, - ответил Володыёвский, - ты
годами старше, да и мне, верно, уехать придется.
     Вскоре был подан ужин.  Сели,  поели. Заглоба, заморив червячка двумя
мисками похлебки, обратился к Вершуллу с вопросом:
     - А не имеется ли у тебя,  сударь, предположений, куда мог Скшетуский
поехать?
     Вершулл  отослал  челядинцев,   прислуживавших  за  столом,  и  после
некоторого размышления ответил:
     - Предположения есть,  но  Скшетускому очень важно,  чтобы тайна была
сохранена,  оттого я при людях и не стал ничего говорить. Нам тут, похоже,
до весны без дела стоять,  вот он и  воспользовался благоприятным моментом
и, как мне кажется, поехал на поиски княжны, которая у Богуна в неволе.
     - Богуна уже нет на свете, - сказал Заглоба.
     - Как так?
     Заглоба в  третий или  четвертый раз  поведал,  как все случилось,  -
рассказ этот он повторял с неизменным удовольствием, - Вершулл же, подобно
пану Лонгинусу, слушал и не мог надивиться, а потом заметил:
     - Теперь все ж Скшетускому полегче будет.
     - Оно так,  да  ведь ее  еще отыскать нужно.  Людей-то хоть он взял с
собою?
     - Никого не  взял,  с  тремя  лошадьми да  с  казачком-русином только
поехал.
     - И правильно сделал, там без хитростей не обойдешься. До Каменца еще
так-сяк можно бы дойти с  хоругвью,  но в  Ушице и Могилеве уж точно стоят
казаки -  там зимовники хорошие,  а  в Ямполе главное казацкое гнездовье -
туда либо с целой дивизией идти, либо одному.
     - А почему ваша милость полагает, что он именно в те края направился?
- спросил Вершулл.
     - Потому,  что  она за Ямполем укрыта и ему об этом известно,  но там
сплошь овраги,  буераки да непролазные заросли - даже если знать место, не
вдруг  отыщешь,  а  не зная и подавно!  Я в Ягорлыке бывал,  за лошадьми и
судиться ездил.  Вместе у нас дело бы,  верно, пошло лучше, а как он там в
одиночку - ох, не знаю, сомненье меня берет; разве что случай какой-нибудь
дорогу подскажет, расспрашивать ведь, и то нельзя.
     - Так вы хотели с ним вместе ехать?
     - Хотели. Что теперь делать будем, а, пан Михал? Поедем следом иль не
поедем?
     - Предоставляю решать вашей милости.
     - Хм!  Десять дней,  как уехал,  -  не догнать нам его, а главное, он
велел здесь себя дожидаться.  И бог весть,  какой еще путь выбрал.  Мог на
Проскуров и Бар по старому тракту поехать, а мог и на Каменец-Подольский -
не угадаешь.
     - Не  забудь,   сударь,   -   сказал  Вершулл,   -   это  только  мое
предположение, что он за княжной поехал, а уверенности в том нет.
     - Вот именно!  - сказал Заглоба. - А вдруг он всего-навсего за языком
отправился и  вскоре  вернется в  Збараж,  памятуя,  что  мы  вместе  идти
собирались:  сейчас бы ему нас ждать самое время. Ох, беда, не знаешь, что
и придумать.
     - Я б вам посоветовал подождать еще дней десять, - сказал Вершулл.
     - Десять дней - ни то ни се: либо ждать, либо не ждать вовсе.
     - Я думаю: не ждать; что мы теряем, если завтра же возьмем да поедем?
Не  найдет  Скшетуский  княжны,   авось  нам  господь  поможет,  -  сказал
Володыёвский.
     - Видишь ли,  пан Михал,  тут все до тонкостей предусмотреть нужно, -
ответил Заглоба.  -  Ты по молодости лет приключений алчешь,  а здесь есть
еще опасность: как бы в тамошних жителях подозренье не пробудилось, отчего
и Скшетуский, и мы вдруг сунулись в те края. Казаки народ хитрый и боятся,
как бы  ихние замыслы не открылись.  Может,  они на границе возле Хотина с
местным пашой либо  в  Заднестровье с  татарами переговоры насчет грядущей
войны ведут -  кто их знает! А уж за чужаками в оба глаза будут следить, в
особенности ежели расспрашивать о дороге.  Я их знаю. Выдать себя легко, а
что дальше?
     - Тогда тем скорее Скшетуский может в какую-нибудь передрягу попасть,
тут наша помощь и потребуется.
     - И это верно.
     Заглоба так  крепко  задумался,  что  у  него  даже  жилы  на  висках
вздулись.
     Наконец он очнулся и промолвил:
     - Я все взвесил: