купец, везший драгоценности, держась за
чалму.  -  Аллах свидетель,  тебе следует отдохнуть, ибо пустыня, где сейчас
бродит...
     - Благовоспитанные купцы, как могу я воспользоваться вашей учтивостью и
предаться недостойному чувству  себялюбия?  Да  не  будет  сказано,  что  я,
разделив с вами половину ночи, не закончил ее неповторимой притчей из Тысяча
второй ночи о разбойнике Альманзоре.
     Сдавленные стоны,  тихий  скрежет  зубов  и  сжатые  в  складках одежды
кулаки, по-видимому, не были замечены шейхом, ибо он безмятежно продолжал:


РАЗБОЙНИК АЛЬМАНЗОР

     - Эту  притчу начертала судьба иглою  неожиданности в  глазах искателей
богатств.  До меня дошло, любезные купцы, что в Дамаске жил богатейший купец
Эль-Дин.  Его лавка, лучшая на базаре, по желанию второго неба, наполненного
золотом,  благовониями и драгоценными камнями,  привлекала к нему знатнейших
покупателей. Но аллах угадал: человек никогда не бывает доволен ниспосланной
судьбой.  И однажды Эль-Дин, решив удесятерить свое богатство, поспешно стал
нагружать караван  для  путешествия в  чужие  страны,  дабы  распродать свои
товары дороже, а купить чужие дешевле.
     - О мой сын, - воскликнула его мать, - знай, что пророк сказал: "Блажен
человек,  питающийся плодами своей  земли и  не  предпринимающий путешествия
хотя бы на тысячу полетов стрелы".
     - Да простит меня пророк! Он не занимался торговлей, поэтому его советы
не ценны.
     - О  сын  мой,  благодарение аллаху,  ты  и  так  богаче всех  купцов в
Дамаске.  Зачем раздражать аллаха жадностью и подвергаться опасной встрече с
разбойником Альманзором?
     - Да будет тебе известно,  о  мать из матерей:  судьба каждого человека
висит у него на шее. И да не будет сказано, что Эль-Дин испугался разбойника
Альманзора и что мои десять вооруженных слуг храбры, как зайцы.
     - Бисмиллах!  - воскликнула мать. - Почему в коране ничего не сказано о
глупцах?  Всем известно:  караваны в  пятнадцать или  двадцать человек легко
ограбляются Альманзором и его слугою,  который украдет ресницу из глаза -  и
ты ничего не заметишь...

     Свист ветра и рычание тигров наполнили помещение.  "Шейх" поднял голову
и облегченно вздохнул, ибо он увидел, что рычание исходит не от тигров, а от
крепко спящих навалившихся друг на друга купцов, и скромно умолк.
     ...А  когда настало утро...  в  помещение ворвался взлохмаченный хозяин
караван-сарая. Оглядев купцов и пересчитав их, он радостно воскликнул:
     - Ла илля иль алла,  Мохаммет расул аллах! Благодарение небу, вы здесь!
Заглянув сейчас под навес,  я  нечестиво подумал,  что вы ночью убежали,  не
заплатив мне за ужин и ночлег.
     Как предрассветный ветер разгоняет туман в камышах, эти слова мгновенно
разогнали сон купцов.  Вскочив,  они метнулись под свод,  потом к нишам, ища
свои  тюки.  Обезумев,  они  наскакивали  друг  на  друга  и  с  проклятиями
отскакивали.  Но  легче найти лопнувший мыльный пузырь,  чем то,  что было и
чего  больше  нет.   Лишь  потухший  кальян  одиноко  высился,  как  пальма,
затерянная в песках.  Исчезли даже подстилки,  на которых купцы сидели, даже
чалмы с голов!
     Купцы с  ужасом уставились друг на друга.  Юркий,  полагая,  что он еще
спит, ущипнул желчного. Неистовый рык вспугнул последнюю надежду.
     Оттолкнув хозяина,  подобно бесноватым,  купцы помчались во  двор,  под
навес.  Крепко связанные,  с заткнутыми ртами,  погонщики,  как тюки, лежали
рядом, кажется, они спали.
     - Где твой проклятый шейх? - закричал на хозяина желчный купец.
     - Да уровнит аллах ему дорогу! - восторженно ответил хозяин. - Шейх еще
вчера,  когда вы перетаскивали тюки в помещение,  щедро расплатился со мной,
сказав:  "Правоверный должен спешить с  расплатой за  оказанное ему услуги в
пути, ибо завтрашний день полон неожиданностями".
     - О аллах,  это был разбойник Альманзор! - воскликнул купец, похожий на
шест. - Аллах, аллах, он увел всех верблюдов!
     - Поистине ты  лишился ума,  -  возразил юркий,  -  не  на  себе же ему
таскать столько тяжестей!
     - Аллах, аллах, разве не в твоей власти было подсказать нам истину!
     - О всемогущий!  Как допустил ты проклятого разбойника так по-шайтански
запутать нас в притчах Тысячи второй ночи, - рыдал грузный купец.
     - Бисмиллах, что я скажу шах-ин-шаху? - стонал шарообразный.
     - Да ослепит его...  я  думаю об Альманзоре...  всевидящий!  Да онемеют
руки разбойника!  - хрипел желчный купец, прикрывая ладонью бритую голову от
палящего солнца. - Зачем ему понадобилась моя чалма?
     - Клянусь аллахом,  не знаю,  на что ему твоя паршивая чалма,  - злобно
прошипел купец,  везший драгоценности, - но моя ему наверное пригодится, ибо
в ней я спрятал лучшие камни из моего товара!..


ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

     Странно освещенное небо напоминало озеро,  на  одном краю его  ночь еще
тянула черные сети с  мерцающими звездами,  а на другом рассвет уже поднимал
оранжевые паруса.
     - Слава  Мохаммету,  сыпучие  пески  остались  во  владениях разбойника
Альманзора!  И  не  кажется  ли  тебе,  духовный брат  мой  Арчил,  что  при
благосклонной помощи  пророка  в  них  затерялись,  подобно  уп