значит вызвать к себе зависть. Но разбирательство этого вопроса мы можем 
поручить судьям, с тем, чтобы если окажется, что мой отец явно что-либо отнял у 
римлян, то восстановить это без всякого промедления будет первым моим долгом. С 
этой целью я вскоре отправлю послов в Византию». Сказав это, он отослал Леонтия,
 а к императору Юстиниану отправил послом Леударда, франка родом, с тремя 
другими. Прибыв в Византию, они стали вести дела, из-за которых прибыли.

Тотила прилагал старания захватить острова, прилегающие к Ливии. Поэтому, 
собрав большой флот из кораблей и посадив на них значительное войско, он послал 
его на Корсику и Сардо (Сардинию). Они прежде всего пристали к Корсике; так как 
никто ее не защищал, они захватили остров, а затем и Сардо. Оба эти острова 
Тотила подчинил себе и наложил на них дань. Когда об этом узнал Иоанн, 
командовавший римским войском в Ливии, он направил флот и некоторое количество 
войска в Сардо. Когда римляне оказались поблизости от города Караналея, они 
стали лагерем и собирались приступить к осаде, так как не считали себя в силах 
приступить к штурму: готы имели здесь достаточно сильный гарнизон. Когда 
варвары 
[101]это заметили, они, выйдя из города и внезапно напав на неприятелей, без 
большого труда обратили их в бегство и многих убили. Остальные бежали и, сев на 
корабли, спаслись, а немного спустя, отплыв отсюда, они со всем флотом прибыли 
в Карфаген. Там они остались зимовать с тем, чтобы с наступлением весны, сделав 
более крупные приготовления, отправиться походом на Корсику и на Сардо. Этот 
остров Сардо называют Сардинией. На этом острове по воле судьбы растет трава; у 
людей, которые испробуют ее, тотчас начинаются смертельные спазмы, немного 
спустя они умирают, причем кажется, что они смеются-это результат спазм-тем 
смехом, который по имени этой страны называют «сардоническим». Корсику древние 
люди называли Кирном. На этом острове, подобно тому как люди– ростом карлики, (
Наurу: «ростом с обезьян») так и табуны некоторых пород лошадей немного больше 
овец. Но достаточно об этом.

25. В это время огромная толпа славян нахлынула на Иллирию и произвела там 
неописуемые ужасы. Против них император Юстиниан послал войско, во главе 
которого наряду с другими стояли сыновья Германа. Так как это войско по 
численности было много слабее неприятелей, то предводители нигде не решались 
вступить с ними в открытое сражение, но, держась у них в тылу, наносили им 
значительные потери. Многих из них они убили, других взяли живыми в плен и 
отправили к императору. Тем не менее эти варвары совершали ужасные опустошения. 
Во время этого грабительского вторжения, оставаясь в пределах империи долгое 
время, они заполнили все дороги грудами трупов; они взяли в плен и обратили в 
рабство бесчисленное количество людей и ограбили все, что возможно; так как 
никто не выступал против них, они со всей добычей ушли домой. Даже при 
переправе через Истр римляне не могли устроить против них засады или каким-либо 
другим способом нанести им удар, 
[102]так как их приняли к себе гепиды, продавшись им за деньги, и переправили 
их, взяв за это крупную плату: плата была-золотой статер с головы. Поэтому 
император был очень огорчен и обеспокоен, не зная, каким образом он сможет в 
дальнейшем отражать их, когда они будут переходить Истр с тем, чтобы грабить 
Римскую империю, или когда они будут уходить отсюда с добычей. (Другое чтение: 
«внезапно».) Из-за этого он хотел заключить какой-либо договор с племенем 
гепидов.

В это время гепиды и лангобарды вновь двинулись войной друг против друга. 
Гепиды, боясь силы римлян (им ведь не осталось неизвестным, что император 
Юстиниан заключил клятвенный договор с лангобардами о помощи и военном союзе), 
всячески старались стать их друзьями и союзниками. Поэтому они тотчас отправили 
послов в Византию, предлагая императору заключить с ними такой же союз. Он 
немедленно дал согласие на такой союз и подтвердил это клятвой. По просьбе 
послов скрепить этот договор клятвами, двенадцать человек из числа сенаторов по 
воле императора подтвердили этот договор. Немного спустя, когда лангобарды на 
основании союзного договора просили прислать им помощь против гепидов, 
император Юстиниан отправил войско, обвиняя гепидов в том, что после заключения 
договора они переправили через Истр некоторое количество славян во вред 
римлянам. Во главе этого войска были поставлены сыновья Германа Юстин и 
Юстиниан, Аратий и Свартус, который прежде был назначен Юстинианом правителем 
эрулов, но, как я передавал раньше (VI [II], гл. 15, § 35), вследствие 
восстания тех, которые прибыли с острова Фулы, должен был бежать к императору и 
тотчас же был поставлен начальником набранных из римлян легионов, находящихся в 
Византии. Был начальником и Амалафрид, родом гот, внук Амалафриды, сестры 
короля готов Теодориха, равным образом и сын Герменефрида, короля турингов. 
Этого Амалафрида 
[103]Велизарий привез с собою вместе с Витигисом в Виню, а император сделал его 
начальником римских войск, а его сестру выдал замуж за короля лангобардов 
Аудуина. Из дутого войска к лангобардам не прибыл никто, кроме вот этого 
Амалафрида со своими спутниками. Все остальные задергались по приказу 
императора в Иллирии около города Ульпианы вследствие восстания жителей из-за 
тех разногласий, которые заставляют христиан сражаться друг с другом, о чем я 
буду рассказывать в дальнейших своих работах
. Лангобарды, двинувшись всем народом вместе с Амалафридом, вступили в пределы 
гепидов; гепиды выступили против них. В произошедшей жестокой битве гепиды были 
побеждены, и говорят, что в этом бою у них погибло очень много народу. Король