распространяются об основании городов, о том, когда, каким образом и кем города 
были заложены, каковы были расположение их и условия существования, и в то же 
время обходят молчанием воспитание и наклонности государственных правителей, 
между тем как изучение этого предмета гораздо плодотворнее. Ибо насколько проще 
для нас соревновать и подражать людям, как существам одушевленным, нежели 
неодушевленным предметам, настолько же и повесть о людях поучительнее для 
читателей. Если бы мы не написали о Филопемене отдельного сочинения, в котором 
разъяснено, кто такой был Филопемен, кто его родители, каково было полученное 
им в юности воспитание, то здесь необходимо было бы сообщить сведения по 
каждому из этих вопросов. Но раз мы посвятили Филопемену три книги помимо 
настоящего сочинения, рассказали о воспитании его в детстве и его славнейших 
подвигах, то, очевидно, в настоящем сочинении не должно быть места подробным 
сведениям о юношеском воспитании Филопемена и о его наклонностях в юношеском 
возрасте; зато 37 мы должны дать подробные сведения о его подвигах в зрелом 
возрасте, которые в прежнем сочинении упомянуты кратко, чтобы, таким образом, 
оба сочинения сохранили подобающий им характер. В том сочинении, по существу 
хвалебном, требовалось лишь общее изложение подвигов, не чуждое преувеличений; 
напротив, в сочинении историческом, совмещающем в себе и похвалу и осуждение, 
должен быть дан правдивый рассказ с обстоятельным выяснением побуждений каждого 
действия. 

22. Итак, прежде всего, Филопемен 38 — человек происхождения благородного, ибо 
принадлежал к числу знатнейших мужей в Аркадии. Пестуном и наставником его был 
мантинеец Клеандр, знатнейший из граждан Мантинеи, по преемству от отца 
связанный с Филопеменом узами гостеприимства и живший в то время в изгнании. По 
достижении юношеского возраста Филопемен сделался учеником Экдема и Демофана, 
уроженцев Мегалополя. Они бежали от тиранов и, живя в изгнании вместе с 
философом Аркесилаем, составили заговор против тирана Аристодема 3 9 и 
освободили родной город; участвовали также в заговоре Арата, направленном к 
освобождению сикионян от тирании Никокла; потом по приглашению киренейцев 4 0 
дали прекрасное устройство их городу и обеспечили им свободу. В раннем 
юношеском возрасте Филопемен долго жил в обществе этих людей и скоро стал 
выдаваться среди сверстников выносливостью и отвагою как на охоте, так и в 
военном деле, отличался также бережливостью и простотою в одежде, ибо усвоил 
себе от Экдема и Демофана правило, что невозможно управлять хорошо 
общественными делами, если не умеешь вести своих собственных, и невозможно не 
посягать на достояние общественное, если не умеешь жить по средствам. 

Итак, будучи выбран ахеянами в гиппархи в то время, о котором сказано выше, он 
нашел полное расстройство в отрядах конницы и упадок духа в воинах; но 
благодаря ему конница быстро поправилась и стала даже сильнее неприятельской. 
Филопемен достиг этого строгой дисциплиной и тем, что вдохнул в воинов жажду 
успеха. Дело в том, что большинство лиц, избираемых на должность гиппарха, не 
дерзает предъявить к подчиненным какие бы то ни было требования, потому ли что 
сами они не способны к конной службе, или потому что пользуются званием 
гиппарха как средством к достижению желанного для них звания стратега, 
вследствие чего потакают воинам и ищут в них благорасположенных союзников на 
будущее. По этой причине гиппархи не подвергают виновных наказаниям, как того 
требовало бы благо государства, покрывают проступки их и поблажками в мелочах 
причиняют большой вред гражданству, вверившему им власть. Наконец, бывают 
начальники, достаточно сильные физически, способные поэтому к военной службе и 
не склонные пользоваться общественными деньгами, но неумелым усердием они 
портят пехоту и наипаче конницу в большей еще мере, чем начальники нерадивые (О 
добродетелях и пороках, Сокращение ватиканское) . 

23. 41 Обучение ахейской конницы Филопеменом. ...Вот те движения, которым, по 
его (Филопемена) мнению, должна быть обучена конница и которые могут быть 
пригодны во всякое время, именно: для отдельного всадника оборот налево и такой 
же направо 42 , возвращение на прежнее место и оборот назад. Что касается 
движений целых отрядов, то они обязаны знать четверть оборота, полуоборот и три 
четверти оборота, а также быстрое движение вперед одной шеренгой или двумя 
шеренгами 43 от одного из двух флангов или от центра, потом после внезапной 
остановки смыкание в отряды, эскадроны и полки 44 ; должны уметь наконец 
строиться в линию на каждом из флангов посредством ли перемещения рядов 45 в 
линию, или обходного движения слева. Образование боевой ломаной линии 46 на 
флангах не требовало, по его мнению, особых упражнений, так как оно ничем почти 
не отличается от обыкновенного походного строя. Далее, нужно было обучить 
воинов всем движениям, какие требуются при наступлении на врага с фронта и при 
отступлении, дабы воины умели сохранять при всей быстроте нападения целость 
боевой линии и построение рядами, а также чтобы отряды удерживались на 
известном расстоянии один от другого; ибо, полагал Филопемен, нет ничего 
опаснее и гибельнее для конницы, как идти в дело расстроенными отрядами. Когда 
солдаты и начальники 47 их были обучены, Филопемен снова обходил города и 
наблюдал, во-первых, за тем, чтобы солдаты подчинялись своим начальникам, 
во-вторых, чтобы и начальники отдавали точные и правильные приказания. Он был 
убежден, что для успеха войны нужнее всего искусство начальников отдельных 
частей. 

24. Покончив таким образом с подготовительными упражнениями, Филопемен стянул 
конницу из различных городов в одно место, велел исполнить все эти движения по