али 
гражданами мессенских городов
016_131
. Возможно также, что часть неодамодов пополнила число греческих 
наемников-профессионалов. Остальные вполне могли осесть в тех местечках, куда 
их в свое время в качестве гарнизонных солдат поселили спартанцы. На этот счет 
есть очень важное сообщение Фукидида. Оказывается, в 421 г. спартанцы поселили 
в Лепрее, городке, находящемся на границе Элиды и Мессении, отряд, состоящий из 
неодамодов и бывших илотов Брасида. Последние были только что освобождены по 
возвращении из Фракии "с правом жить где угодно" (V, 34, 1).


Выбор Лепрея, по-видимому, объяснялся наличием там свободных земель. 
Действительно, насколько нам известно, Лепрей, уже с давних пор тяготевший к 
Спарте
016_132
, был аванпостом спартанской политики, направленной против Элиды. Незадолго до 
421 г. спартанцы, вмешавшись в спор между Лепреем и Элидой, поспешили объявить 
Лепрей автономным и тут же послали туда весьма внушительный гарнизон (Thuc. V, 
31, 1-5; ср.: V, 49, 1). Поскольку Лепрей был объявлен спартанцами автономным 
при весьма сомнительных обстоятельствах, то, как полагает А. Гомм, "похоже, 
многие лепреаты отказались от дара автономии и эмигрировали в Элиду, покинув 
землю, которая была заселена освобожденными илотами и неодамодами"
016_133
. Если это так, то Лепрей после 421 г. был открыт для колонизации, и Спарта, 
естественно, воспользовалась благоприятным случаем наделить землей ветеранов 
Брасида, предоставив им eo ipso право стать в нем гражданами. Хотя, конечно, 
поселение на спорной территории представляло сомнительную выгоду: рано или 
поздно поселенцам предстояло сражаться за свои владения.

Кроме Лепрея на территории Пелопоннеса мы знаем еще один пункт, где находился 
гарнизон неодамодов. По свидетельству Ксенофонта, такой гарнизон был расположен 
в местечке Ойе Скиритской области, возглавлял его спартанец Исхолай. В 369 г. 
весь гарнизон вместе с Исхолаем был уничтожен аркадянами (Hell. VI, 5, 24-26; 
см. также: Diod. XV, 64, 3-4).

Вероятно, гарнизоны в Лепрее и Ойе были не единственными. Спартанцы, возможно, 
всякий раз, когда неодамоды не требовались в действующей армии, селили их на 
границах в стратегически важных пунктах
016_134
. Возглавляли такие гарнизоны из неодамодов спартанские офицеры, 
предположительно в звании гармостов
016_135
. По мнению К. Краймс, неодамоды получали там участки земли в наследственное


пользование. Однако владеть этой землей они могли, только продолжая служить в 
армии, и не имели права по собственной воле изменить место жительства. "Их 
неправоспособность, - пишет К. Краймс, - состояла в наследственном 
обязательстве оставаться гарнизонными солдатами на земле, которая была дана им 
или их предкам"
016_136
. Конечно, К. Краймс слишком вольно и широко толкует свидетельство Фукидида (V, 
34, 1) о поселении неодамодов в Лепрее, но, с другой стороны, ничего 
невозможного в таком предположении нет.

Подобно афинским клерухам, спартанские неодамоды в этих военно-земледельческих 
поселениях были переведены на полное самообеспечение - практика, вполне обычная 
для античных полисов с их слабой финансовой базой. Место же для подобных 
колоний неодамодов Спарта могла найти на территории многих общин Пелопоннеса, 
над которыми она осуществляла политический патронат. Таким образом, можно с 
большой долей вероятности предполагать, что, по крайней мере, часть неодамодов 
после 370 г. трансформировалась в гр