проведением крупнейшей военной операции по захвату богатейшего торгового флота, 
а де Граммон, начавший свой морской путь офицером королевского флота, прошел 
через корсарство и флибустьерство, чтобы занять официальный пост представителя 
французской администрации в Вест-Индских владениях.
     
Граф де Турвиль
     
     Сохранилось несколько гравюр и портретов с изображением великого 
флотоводца. На нас смотрит сильный и красивый человек с тонкими чертами лица, 
величественной осанкой, благородными и изящными манерами. Искусный тактик 
морского боя, методичный и строгий организатор, дисциплинированный 
исполнительный подчиненный — таким остался в истории флота вице-адмирал Анн 
Илларион де Котантен, граф де Турвиль.
     Господин де Турвиль родился в Париже в 1642 году и принадлежал к древнему 
аристократическому роду. Его служение военно-морскому делу было предрешено с 
раннего детства, когда пятилетнего мальчика приняли «несовершеннолетним 
рыцарем» в Мальтийский орден. Суровая школа воспитания христианских 
воинов-моряков превратила его в храброго, дисциплинированного и эрудированного 
офицера. Уже в начале своей карьеры де Турвиль совершил такие подвиги, что его 
имя обросло на Средиземноморье легендами.
     В то время шла ожесточенная война против североафриканских корсаров. Они 
рыскали по всему морю и грабили встречающиеся суда, невзирая на их национальную 
принадлежность. В 1661 году три французских военных судна встретились в 
Греческом Архипелаге с тремя тунисскими корсарами. Разгорелся бой, в самом 
начале которого пушечное ядро сразило командира одного из французских судов. 
Его помощник — молодой кавалер де Турвиль — вступил на капитанское место. 
Женственно-красивая внешность, изящный облик молодого человека, бледность, 
маленькие руки и вьющиеся длинные волосы, казалось, место этого скромного юноши 
— в чертогах дамского будуара, а не здесь, в пылу сражения, где льется кровь, 
гремят выстрелы, звенят абордажные сабли и в воздух летят страшные проклятия. 
Но не тут-то было. Юноша, словно вобрав в себя всю мощь ожесточенной схватки, с 
удивительным напором повел своих людей в бой. Внезапно ему доложили, что судно 
получило пробоину, — нет никакой возможности справиться с течью, и через 
несколько минут корабль пойдет ко дну, а экипажу придется сдаваться мусульманам.
 И де Турвиль свершает невероятное: «…Не теряя ни минуты, забрасывает 
абордажные дреки, затем перебегает со своим экипажем на неприятельское судно, 
одновременно сто пятьдесят турок устремляются для грабежа на французское судно; 
последнее тотчас же идет ко дну и увлекает всех за собой».   Но в распоряжении 
у Турвиля лишь восемьдесят человек, корсаров же много больше. На каждом клочке 
палубы закипела схватка, и постепенно победа начала переходить на сторону 
мусульман. В этой ситуации Турвиль вновь нашел неожиданный выход — он дал 
сигнал своим матросам освободить христиан-невольников, гребцов на галере. Около 
пятидесяти человек выбрались на палубу и внесли решающий перевес в схватку — 
через полчаса корсары сдались.
     В следующем году кавалер прославился новыми подвигами. Так, встретив в бою 
алжирского корсара с экипажем, по численности превосходившим французский, 
молодой командир искусным маневром одержал верх. Разбойники, уверенные в победе,
 с безрассудством бросились на абордаж, но, подойдя вплотную к судну, попали 
под убийственный залп всех кормовых пушек. Несмотря на большие потери, около 
ста человек все же влезли на корабль. Тогда де Турвиль приказал обрубить концы 
дреков и с помощью опорных шестов быстро отвел свой корабль в сторону. Всех 
врагов, оказавшихся на судне, изрубили или бросили в трюм. Противник, однако, 
опять оказался рядом — и де Турвиль повторил маневр, не вызвав у алжирцев и 
тени подозрения в том, что им готовится ловушка. Вновь был достигнут полный 
успех, и теперь уже сами французы абордируют корсарское судно и захватывают его.

     Через несколько дней после этого успеха корабль де Турвиля, в 
сопровождении двух судов, встретился с четырьмя противниками. Недолго думая, 
неустрашимый кавалер пошел в бой. Против него было два судна, на которые 
француз обрушил страшный залп крупной картечи. Одна из галер получила тяжелые 
повреждения и вышла из боя, чтобы справиться с пробоинами; экипаж второй 
претерпел столь серьезный численный урон и был так подавлен и ошеломлен дерзким 
натиском, что не мог оказать долгого сопротивления. Это судно было взято на 
абордаж, а затем де Турвиль бросился в погоню за поврежденной галерой. Она не 
смогла далеко уйти, была настигнута в считанное число минут, захвачена и 
потоплена. Расправившись со своими противниками, кавалер двинулся на помощь 
другим кораблям. Там дела у французов складывались плохо, и оба судна были на 
грани захвата, но появление фрегата де Турвиля заставило алжирцев бросить почти 
уже захваченные трофеи и поспешно убраться восвояси.
     Это было только начало блистательной карьеры. Впереди де Турвиля ждала 
насыщенная событиями жизнь офицера военно-морского флота — экспедиция на Крит, 
сражения с голландскими флотами у берегов Сицилии и в Ла-Манше, бомбардировки 
разбойничьих гнезд, затаившихся в Алжире и Триполи, крейсерства в Средиземном, 
Эгейском, Адриатическом морях, плавания в Атлантике. Прославленный герой борьбы 
против морских разбойников Северной Африки, де Турвиль пользовался личным 
доверием короля и был назначен командовать флотом Франции в войне против 
Аугсбургской коалиции. Искусный мастер маневра, блестящий тактик, он в 1690 
году разгромил соединенный англо-голландский флот у мыса Бичи-Хед. В следующем, 
1691 году де Турвиль провел знаменитую «кампанию открытого моря»; уведя за 
своей эскадрой в Атлантический океан весь неприятельский флот, он затеял с ним