| |
предприятие, осуществленное разбойником с Ямайки Джоном Девисом. О нем подробно
рассказал Эксквемелин: «Довольно долго он (Девис. — Д. К. ) крейсировал в
заливе Покатауро, надеясь встретить корабль, который ходил из Картахены в
Никарагуа. Но это ему не удалось, и он решил со всей своей командой отправиться
к реке Никарагуа, оставить судно около устья и подняться вверх по течению на
каноэ. С наступлением ночи они намеревались войти в город и разграбить дома
самых богатых торговцев. На его корабле было девяносто человек и три каноэ.
Пираты оставили на судне человек десять, а все остальные сели в каноэ.
Дождавшись ночи, они действительно вошли в реку, а днем спрятались среди
деревьев (точно так же они скрыли и свой корабль, чтобы его не заметили индейцы,
которые ловили рыбу в устье реки). На третьи сутки, где-то около полуночи, они
добрались до города. Стража приняла их за рыбаков, промышляющих в лагуне: ведь
часть из них хорошо говорила по-испански. Кроме того, среди них был индеец как
раз из тех мест. В свое время он бежал, поскольку испанцы хотели обратить его в
рабство. Индеец выпрыгнул на берег и убил стражника. После этого пираты
пробрались в дома трех или четырех именитейших горожан и забрали все деньги,
которые могли обнаружить. Потом разграбили церковь. Но тут один из церковных
служек, вырвавшись из рук пиратов, поднял крик на весь город. Горожане и
солдаты тотчас же пробудились, однако пиратам удалось скрыться, захватив с
собой всю добычу, какую они смогли унести. Кроме этого, они успели захватить с
собой пленников, рассчитывая в случае погони использовать их как заложников.
Вскоре они добрались до берега, поспешно сели на корабль и вышли в открытое
море… Когда пираты еще были в устье реки, на берег высыпало человек пятьсот
испанцев, вооруженных ружьями. Пираты дали по ним залп из пушек. Таким образом,
испанцам оставалось лишь бессильно горевать, видя, как уплывает их добро, и
проклинать тот миг, когда пираты высадились на берег. Для них было совсем
непостижимо, как у пиратов хватило смелости подойти к городу с гарнизоном в
восемьсот человек, да еще лежащему от берега по меньшей мере в сорока милях. Да
к тому же еще пиратам удалось разграбить город за такой короткий срок! Пираты
захватили чеканного золота, серебряной посуды и ювелирных изделий на сорок
тысяч с лишним реалов…»
Засада на торговой трассе
Азорские острова. 1522 г. — Жан Флери
В 1522 году знаменитый испанский конкистадор Эрнандо Кортес отправил
своему повелителю императору Карлу V сокровища, захваченные после разгрома
ацтекского государства. Современник событий, Берналь Диаз вспоминает:
«…отправились на двух кораблях, везя королю не только золотых слитков на 88 000
дукатов, но и личные сокровища Монтесумы 103, перешедшие в обладание
Гуатемосина 104, — подарок поистине королевский, ибо там были жемчужины
величиной с орех и большое количество драгоценных камней и вещей. Посланы были
также гигантские кости, найденные в одном из храмов Кохоуакана… три тигра
(ягуара. — Д. К.) и разные другие редкости, которых теперь уж не упомню…»
Отрядом каравелл командовали начальник телохранителей Кортеса Антонио де
Киньонес и известный конкистадор Алонсо де Авила. Казалось, плавание не
предвещало опасностей. Однако как-то ночью ягуары вырвались из клетки и задрали
десять человек. Смятение и ужас испанцев не покидали их все плавание — угроза
нового нападения свирепых хищников превратила плавание в сплошной кошмар.
Однако главная опасность была впереди. Придя на Азорские острова, корабли
встали на стоянку. Во время одной ссоры де Киньонес был убит, и общее
командование сосредоточилось в руках у де Авилы. В феврале 1523 года каравеллы
покинули Азоры и пошли на восток, к Испании. Однако в пути их ждали еще более
крупные неприятности.
Французский корсар Жан Флери с эскадрой из восьми кораблей (3 нефа и 5
галионов) уже давно крейсировал в море к западу от Пиренейского полуострова. Он
располагал информацией об огромных богатствах, собранных на каравеллах и идущих
из Новой Испании. Расчет Флери заключался в том, что испанцам никак не миновать
Азорского архипелага. Прогноз корсара полностью подтвердился: когда его эскадра
находилась к востоку от острова Санта-Мария, входящего в Азорский архипелаг, на
горизонте показались мачты каравелл де Авилы. Флери двинулся наперерез и,
охватывая полукругом корабли испанцев, начал оттеснять их к берегу. Разгорелось
ожесточенное сражение — несмотря на численный перевес французов, испанцы не
собирались сдаваться. Небольшие корсарские суда со всех сторон летели к
огромным каравеллам, стремясь как можно быстрее преодолеть линию досягаемости
испанских пушек и войти в мертвую зону обстрела, где им не угрожал убийственный
огонь. Когда они наконец сумели приблизиться к испанцам, то пошли на абордаж —
в палубном бою отчаянным корсарам никто не был страшен. Вскоре каравеллы были
захвачены.
Азорский абордаж принес французскому королю неслыханные сокровища. Среди
добычи оказались золотые и серебряные ожерелья, перстни, кольца, украшения,
драгоценные сосуды, золотые маски и богато расшитые одежды ацтекских жрецов,
платья, уборы из разноцветных птичьих перьев, древние рукописи и, что было
крайне важно для французов, сверхсекретные карты Атлантического океана. «Всю
свою добычу, — завершал рассказ Диас, — Флери благополучно доставил во
Францию и так богато одарил тамошнего короля (Франциска I. —Д. К. ), что
мир дивился и завидовал богатству нашего государя».
Азорские острова. 1592 г. — Джон Бороу
|
|
