как он уже столько выстрадал от 
жестокости прежних правителей; теперь же настали более благоприятные времена, 
сенаторы испытают его, Клавдия, мягкость, так как он лишь по имени будет 
правителем, на деле же готов с ними делиться этой властью. Ввиду того что он на 
глазах их вел столько разных дел, они навряд ли не поверят ему. С такими 
данными депутаты были отправлены назад. Затем Клавдий потребовал от собравшихся 
воинов присяги на верность и подарил каждому из телохранителей по пяти тысяч 
драхм; начальствующим лицам он сделал соответственно большие подарки и обещал 
всем частям войск, где бы они ни были расположены, подобное же вознаграждение.
      3. Между тем консулы, несмотря на поздний ночной час, созвали сенат на 
совещание в храм ЮпитераПобедоносца. Однако при известии об ответе Клавдия 
одни испугались и спрятались в городе, другие поспешили уехать в свои поместья, 
предвидя, к какому печальному концу придет все дело, и потому они отказались от 
мысли о свободе и предпочитали в безопасном подчинении вести бездеятельный 
образ жизни, чем сохранить за собой власть и положение своих предков и 
постоянно дрожать за свое личное спокойствие. И всетаки собравшихся было сто 
человек1453. Пока они совещались относительно положения вещей, бывшее в их 
распоряжении войско внезапно подняло крик, требуя, чтобы сенат выбрал 
когонибудь одного императором и не ослаблял власти, разделив ее между многими 
лицами. Войска высказывались в том смысле, что власть следует предоставить не 
всем [сенаторам], но одному лицу, и требовали, чтобы им, солдатам, было 
предоставлено выбрать того, кто, по их мнению, является наиболее достойным ее. 
Теперь положение сената стало особенно затруднительным, потому что, с одной 
стороны, приходилось отказаться от свободы, а с другой, следовало опасаться 
Клавдия. Между тем среди сенаторов были люди, которые рассчитывали сами быть 
избранными, как вследствие своей родовитости, так и вследствие родства с 
императорским домом. Таким претендентом, например, являлся Марк Виниций, 
который происходил из очень знатного рода и, кроме того, был женат на сестре 
Гая, Юлии. Когда он объявил себя кандидатом на императорский престол, консулы 
стали, однако, приводить против его кандидатуры всевозможного рода возражения. 
Валерия Азиатика, который также подумывал об этом, удержал Минуциан, один из 
убийц Гая. Если бы кандидаты на престол получили удовлетворение, то при 
неизбежной борьбе их с Клавдием произошла бы крайне кровопролитная резня. Тем 
временем и гладиаторы (которых в городе было довольно значительное количество), 
и ночная городская стража, и гребцы направились к [преторианским] казармам, так 
что лица, домогавшиеся [первоначально] власти, теперь отказались от своего 
намерения, отчасти чтобы оградить и пощадить город, отчасти из опасения за свою 
личную безопасность.
      4. На самом рассвете Херея и его товарищи отправились к войскам, имея в 
виду обратиться к ним с речью. Когда же масса солдат увидела, как они делали 
знаки рукой, чтобы вызвать тишину и начать свою речь, она закричала, что не 
даст им говорить, а настаивает на том, чтобы им был дан единовластный правитель.
 Они требовали императора, так как им надоело ждать. Тем временем сенат 
находился в большом затруднении, не зная, каким образом разрешить вопрос о 
форме правления: солдаты не хотели признавать компетентности сената, а убийцы 
Гая не допускали вмешательства войска в это дело. При таком положении вещей 
Херея не мог удержаться, чтобы не выразить своего гнева по поводу требования 
ими императора, и обещал дать им такового, если ктолибо из солдат принесет ему 
удостоверение от Евтиха. Евтих этот был одним из возниц партии зеленых1454 и 
был особенно предан Гаю, что наглядно выразилось в его отношениях к солдатам во 
время постройки царских конюшен. Тут Евтих обременял воинов всевозможными 
позорными для них работами. На последние теперь иронически намекал Херея, равно 
как осыпал воинов насмешками в том же роде и говорил, что принесет [им] голову 
Клавдия. При этом он указывал, что будет ужасно, если они после сумасшедшего 
передадут власть слабоумному1455. Однако солдаты не смущались его речами, но 
извлекли мечи и, подняв знамена, отправились к Клавдию, чтобы присоединиться к 
тем, которые уже принесли присягу. Таким образом, сенат остался без защитников, 
и консулы обратились в частных лиц. Всюду наступили смущение и уныние, так как 
никто не знал, что предпринять и как оградить себя от гнева Клавдия; люди стали 
укорять друг друга и все раскаивались в своей горячности. Тогда Сабин, один из 
убийц Гая, выступил вперед и объявил, что он скорее сам убьет себя, чем 
согласится на избрание Клавдия и допустит восстановление рабства. Затем он стал 
укорять Херею в трусости, если он, который первый пошел на Гая, теперь готов 
остаться в живых, когда он своим поступком не смог вернуть отечеству свободы. 
Херея ответил на это, что он ни минуты не задумается умереть, но сперва желал 
бы узнать о настроении Клавдия.
      5. Пока дела были в таком положении, все воины отовсюду стали стекаться к 
Клавдию, чтобы выразить ему свою преданность. При этом они обвиняли одного из 
консулов, именно Квинта Помпония1456, в том, что он особенно возбуждал 
сенаторов к отстаиванию свободы. Солдаты даже извлекли мечи и, устремившись на 
Консула, покончили бы с ним, если бы их вовремя не остановил Клавдий. Освободив 
его таким образом от опасности, Клавдий посадил затем Помпония рядом с собою. 
Однако те сенаторы, которые были тут вместе с Квинтом, не удостоились со 
стороны Клавдия подобного почета. Некоторые из них подверглись даже побоям, так 
как их насильно не хотели допустить к Клавдию; Апоний должен был удалиться, 
совершенно израненный, и все вообще сенаторы подверглись крайней опасности. 
Тогда царь Агриппа приблизился к Клавдию и просил его оградить сенаторов и 
обойтись с ними помягче, потому что если они подвергнутся истреблению, ему 
некому будет показать свою власть. Клавдий внял этому совету и предложил 
сенаторам собраться в Палатинском дворце, куда он затем велел снести себя в 
носилках через