р также и Птолемей Меннай; получивший после него 
престол сын его Лизаний заключил дружбу с сыном Аристобула, Антигоном, причем 
это дело уладил [вышеуказанный] сатрап, который пользовался у него огромным 
влиянием. Антигон обещал дать парфянам тысячу талантов и пятьсот женщин, если 
они лишат Гиркана власти, передадут ее ему и убьют приверженцев Ирода. Впрочем, 
обещания своего он [впоследствии] не сдержал. Ввиду этого парфяне пошли войной 
на Иудею, собираясь сделать царем Антигона; Пакор двинулся по прибрежной полосе,
 Барцафарн же вторгся изнутри страны. Тирийцы не впустили Пакора, сидоняне же и 
птолемаидцы приняли его к себе.
      Тогда Пакор отправил в страну иудейскую конный отряд для рекогносцировки 
и поддержки Антигона. Начальствовал над этим отрядом царский виночерпий, 
носивший с ним одно и то же имя. Когда же многие из живших около горы Кармила 
иудеев явились к Антигону с изъявлением желания принять участие в его 
экспедиции, Антигону показалось вероятным, что он при их помощи овладеет частью 
страны. Место это называется Дримы. Но здесь им было оказано сопротивление, и 
они распались и двинулись [окольными путями] к Иерусалиму. Так как по дороге к 
ним присоединялись новые приверженцы, то в конце концов образовался 
значительный отряд, который явился к царскому дворцу и приступил к его осаде. 
Однако люди Фазаеля и Ирода немедленно явились на помощь; произошел бой на 
площади, и тогда молодежь побила врагов, вогнала их в храм и разослала по 
ближайшим домам воинов для ограждения их. Однако поднявшийся против них народ, 
видя их покинутыми союзниками, сжег их вместе с этими домами. За это насилие, 
впрочем, немного спустя Ирод сильно отомстил своим противникам, сразился с ними 
и перебил многих из них.
      4. Пока между ними ежедневно происходили стычки, враги стали поджидать из 
страны прибытия простонародья, которое должно было явиться к так называемому 
празднику Пятидесятницы. Когда же наступил этот праздник, около храма собралось 
несколько десятков тысяч людей, вооруженных и безоружных. Они заняли святилище 
и весь город, исключая окрестности дворца, который был еще во власти Ирода и 
его немногочисленного военного отряда. И вот, пока Фазаель охранял стену, Ирод 
во главе отряда двинулся на врагов через городское предместье и, сразившись тут 
с ними в жестоком бою, обратил в бегство много десятков тысяч, причем одни из 
его противников бежали в город, другие в храм, третьи в находящееся вне города 
небольшое укрепление, которое там имеется.
      При этом Фазаель оказал брату должную поддержку. Тем временем парфянский 
военачальник Пакор по просьбе Антигона прибыл в город во главе 
немногочисленного конного отряда под предлогом подавить восстание, на самом же 
деле с тем, чтобы помочь Антигону добиться власти. Так как Фазаель выехал ему 
навстречу и принял его дружелюбно в свой дом, то Пакор стал уговаривать его 
отправить его во главе посольства к Барцафарну, причем имел в виду коварный 
какойто замысел. Ничего дурного не подозревавший Фазаель так бы и поступил, 
если бы Ирод не удержал его от этого шага, не доверяя варварам. Напротив, он 
советовал принять меры предосторожности относительно Пакора и его спутников.
      5. Впрочем, Гиркан и Фазаель всетаки отправились [к сатрапу], и Пакор, 
оставив у Ирода двести всадников и десять человек отборного отряда, известного 
под именем «свободных», поехал вместе с ними. Когда они прибыли в Галилею, к 
ним навстречу выступили с оружием в руках начальники тамошних городов. 
Барцафарн принял [иудеев] сперва любезно и одарил их подарками, а затем стал 
злоумышлять против них. Фазаель с товарищами был помещен вблизи [города] 
Экдиппона1235, недалеко от моря.
      Когда они тут узнали, что Антигон обещал парфянам за них тысячу талантов 
и пятьсот женщин, то они стали уже с подозрением относиться к варварам, тем 
более, что ктото сообщил им, будто на них ночью готовится нападение и будто с 
этой целью за ними наблюдает специальная стража. Они действительно были бы 
схвачены, если бы варвары не вздумали подождать, пока оставшиеся в Иерусалиме 
парфяне не схватят Ирода, чтобы он не убежал от них, если узнает об избиении 
своих товарищей. Так оно и было на самом деле, и иудеи [своими собственными 
глазами] видели стражу. Тогда коекто посоветовал Фазаелю сесть на коня и не 
ждать дольше. Особенно побуждал его к этому Офелий, который узнал [о коварных 
замыслах парфян] от некоего Самаралла1236, самого богатого в то время сирийца, 
и обещал приготовить корабли для бегства, ибо море было близко. Однако Фазаель 
не желал покидать Гиркана и навлекать опасность на брата. Поэтому он отправился 
к Барцафарну и представил ему всю незаконность его действий, если он так 
злоумышляет против них. При этом он обещал ему заплатить больше денег, чем дал 
бы ему Антигон, и указал на то, что для него было бы опасно убивать явившихся к 
нему на основании его слова послами ни чем не обидевших его людей. На это 
варвар стал клясться, что все эти опасения нисколько не основательны и что он 
мучается ложной подозрительностью. Затем он отправился к Пакору. После его 
отъезда несколько парфян заключили Гиркана и Фазаеля в оковы, а эти несчастные 
стали осыпать парфян бранью за их вероломство.
      6. Отправленный к Ироду виночерпий получил поручение выманить Ирода за 
стены города и там схватить его. Между тем Фазаелем были посланы люди с 
извещением о коварстве парфян, но эти вестники были перехвачены врагами. Когда 
об этом узнал Ирод, он обратился к Пакору и к парфянским военачальникам, 
которые, в силу своего высокого положения, являлись начальниками остальных 
парфян. Хотя им на самом деле и было все известно, однако они коварно 
прикинулись, будто ничего не знают, и предложили Ироду выехать в их обществе за 
город навстречу послам, которые привезут извещение; при этом парфяне уверяли, 
что эти посланные отнюдь не захвачены врагами, но скоро явятся с извещениям