нщиков [беспорядка] и отправил к царю их имущество. 
Собрав значительные денежные средства и при этом способе откупа податей имея 
крупную выгоду, он употребил заработанные таким образом деньги на укрепление 
своего положения, вполне основательно полагая, что лучше всего будет 
гарантировать себе путем денег основание дальнейшего своего успеха. Ввиду этого,
 он посылал лично от себя царю, Клеопатре, их друзьям и всем влиятельным 
придворным подарки, снискивая себе таким образом их расположение
      6. Так удачно вел он дела в течение двадцати двух лет, причем имел от 
одной жены семерых детей, от другой, дочери брата своего Солимия, одного по 
имени Гиркан. На последней он женился следующим образом: однажды он отправился 
в Александрию со своим братом, который вез с собою свою дочь, достигшую уже 
возраста, когда ее можно было выдать замуж за какогонибудь именитого иудея. 
Когда во время обеда у царя в залу вошла красивая танцовщица, Иосиф воспылал к 
ней страстью и сообщил о том брату своему с присовокуплением просьбы помочь ему 
скрыть эту проделку (так как иудеям по закону запрещено сходиться с 
иностранкою) и поспособствовать ему получить эту женщину для удовлетворения 
своей страсти. Брат охотно взялся исполнить это поручение, ночью велел своей 
дочери принарядиться, повел ее к Иосифу и оставил ее ему. Не ведая в своем 
опьянении, что делает, Иосиф сошелся с дочерью своего брата и, повторив это 
несколько раз, был очень доволен. Потом он заявил своему брату, что рискует 
своей жизнью, так как имел дело с танцовщицей, которую ему царь, вероятно, не 
предоставил бы. Однако брат успокоил его, прося не тревожиться на этот счет, 
безбоязненно пользоваться обществом любимой женщины и взять ее себе в жены, 
причем сообщил Иосифу всю правду, сказав ему, что предпочел отдать ему лучше 
свою собственную дочь, чем видеть его позор и беду. За эту его любовь к нему 
Иосиф похвалил своего брата, стал жить с его дочерью и получил от нее сына, 
вышеупомянутого нами Гиркана.
      Едва достигнув тринадцатилетнего возраста, этот младший сын Иосифа стал 
обнаруживать такое физическое и умственное развитие, что навлек на себя 
страшную ненависть со стороны своих братьев, которые могли превзойти его лишь в 
одном, именно в чувстве завистливости. Так как Иосифу хотелось знать, кто из 
сыновей его наиболее дельный, он посылал их всех поочередно к знаменитейшим в 
то время учителям. Однако все сыновья (кроме Гиркана) возвращались к нему 
неразвитыми неучами, вследствие своего легкомыслия и склонности к изнеженности 
и лени. Затем он послал младшего сына, Гиркана, со стадом в триста пар волов в 
пустыню, в местность, находившуюся на расстоянии двух дней пути, с тем, чтобы 
Гиркан обработал там участок земли, но при этом Иосиф нарочно не дал ему 
яремных ремней. Когда Гиркан прибыл на место и не нашел ремней, он обратился за 
советом к погонщикам волов, как ему быть. Те посоветовали ему послать к отцу за 
ремнями. Однако юноша, не считая возможным терять время в ожидании возвращения 
посланных, выдумал нечто очень ловкое, совершенно не соответствовавшее его 
юному возрасту, а именно: велев зарезать десять пар волов, он распределил их 
мясо между рабочими, затем нарезал из шкур ремни, связал ими волов и, обработав 
таким образом указанный ему отцом участок земли, вернулся домой. Когда он 
пришел к отцу, последний еще более полюбил его за его сообразительность, 
похвалил его за остроумие и решительность и сосредоточил на нем одном всю свою 
любовь, как будто бы он один только и был настоящим его сыном, на что, конечно, 
досадовали остальные братья Гиркана.
      7. Когда Иосифу было около этого времени сообщено, что у царя Птолемея 
родился сын, и когда все именитые люди из Сирии и других подвластных областей с 
торжеством отправились в Александрию для отпразднования дня рождения дитяти, то 
сам Иосиф, вследствие преклонного возраста своего, должен был остаться дома; 
поэтому он спросил сыновей своих, не хочет ли ктонибудь из них отправиться к 
царю. Так как все старшие отказались от этого, ссылаясь на свою неотесанность 
для пребывания при дворе, и советовали старику послать туда их брата, Гиркана, 
Иосифу понравилась эта мысль; он позвал Гиркана и спросил его, не может ли он 
отправиться к царю и сделает ли он это охотно. Когда последний согласился 
поехать и присовокупил к этому, что ему не нужно на дорогу много денег (онде 
будет жить скромно, так что довольно будет десяти тысяч драхм), отец опять 
порадовался благоразумию сына. Некоторое время спустя Гиркан посоветовал отцу 
не посылать царю от себя подарков, но дать ему, Гиркану, письмо к их 
делопроизводителю в Александрии с распоряжением выдать ему необходимую сумму на 
покупку лучших и драгоценных подарков. Тогда Иосиф, полагая, что десяти 
талантов хватит на покупку этих подарков царю, похвалил сына за добрый совет и 
написал соответствующее письмо на имя управляющего своего, Ариона, который 
заведовал всеми его находившимися в Александрии деньгами, достигавшими суммы не 
менее трех тысяч талантов. Дело в том, что
      Иосиф обыкновенно отсылал получаемые в Сирии деньги в Александрию и затем,
 когда наступал срок выплаты царю податей, давал соответственное распоряжение 
Ариону. К последнемуто Гиркан и попросил у отца письмо и, получив его, 
собрался в Александрию.
      Однако после его отъезда братья отправили ко всем царским приближенным 
письма с просьбою погубить Гиркана.
      8. Когда, по прибытии в Александрию, юноша передал Ариону письмо и тот 
спросил его, сколько талантов он желает получить (Арион рассчитывал на 
требование в десять талантов или немного больше), Гиркан отвечал, что ему нужна 
тысяча талантов. Тогда управляющий рассердился, стал упрекать его в разгульном 
образе жизни и сказал, каким образом отец его, бедствуя и воздерживаясь от 
всего, скопил свое состояние, причем просил его поставить себе в пример 
родителя. При этом Арион заметил, что он выдаст ему десять талантов и ни драхмы 
больше, да и то на приобретение подарков царю. Тогда юноша в свою очередь 
рассвирепел и приказал заковать Ариона в цепи. Жена же Ариона соо