ем и полагая, что он называется так вследствие того, 
что дарует всему жизнь. Ввиду этого да будет даровано этим иудеям в честь 
Предвечного, которого они почитают столь изысканным способом, право возвращения 
на покинутую ими родину и к прежнему образу жизни. Знай, однако, о царь, что я 
не потому прошу тебя об этом, чтобы я находился в родстве с этим народом, 
который отнюдь не является одноплеменным со мною. Ведь только оттого, что все 
люди создания Предвечного, и лишь потому, что знаю Его расположение ко всем 
творящим добро, я прошу тебя об этом».
      3. В ответ на эти слова Аристея царь ласково и добродушно взглянул на 
него и спросил: «Сколько же тысяч человек, думаешь ты, придется мне отпустить?» 
Когда присутствовавший при этом разговоре Андрей сказал, что их будет несколько 
менее ста тысяч, царь воскликнул: «Ну, Аристей, о малом же подарке ты просишь 
нас!» Тогда Сосивий и другие указали на то, что царю следует, ввиду своего 
великодушия, отблагодарить чемлибо Предвечного, даровавшего ему царство. 
Птолемей склонился на эти их доводы и сделал распоряжение, чтобы, когда воинам 
будет выдано жалованье, накинуть за каждого из бывших в их распоряжении 
военнопленных [иудеев] по ста двадцати драхм. Касательно же просьбы Аристея он 
в своем великодушии обещал издать соответствующие указы, которыми скреплялось 
бы намерение Аристея и которые главным образом отвечали бы желанию Предвечного, 
причем царь выказал готовность не только освободить тех пленных, которые были 
переселены в страну его отцом и войском последнего, но и всех тех живущих в 
царстве [иудеев], которые прибыли туда раньше или позже. Когда же было указано 
на то, что потери при таком освобождении [иудеев] от рабства обойдутся более 
чем в четыреста талантов, царь согласился и на это. Тогда было решено в 
ознаменование великодушия царя снять копию с его указа и [навсегда] сохранить 
ее. Содержание этого акта было следующее: «Все те, кто вместе с отцом нашим 
участвовали в походах и набегах на Сирию и Финикию и, по взятии Иерусалима, 
забрали там военнопленных и привели их с собою в [наши] города и страну [нашу] 
или же купили себе таковых, будь то из числа уже раньше живших в моем 
государстве или из тех, которые ныне переселились сюда, пусть отпустят их на 
волю, получив за каждого военнопленного сто двадцать драхм, причем деньги эти 
будут отпущены солдатам вместе с их жалованьем, всем же остальным будут 
отпущены из личной царской казны. Дело в том, что я вполне уверен, что эти люди 
были взяты в плен помимо желания отца моего и совершенно несправедливо, причем 
страна их сильно потерпела от своеволия солдат, которые в свою очередь извлекли 
из этого переселения евреев в Египет для себя лично великую выгоду. Преследуя 
поэтому теперь одну лишь справедливость и питая сострадание к столь незаконным 
образом притесненным, я повелеваю даровать свободу всем живущим у нас иудеям, 
по получении установленной за каждого из них выкупной платы, и желаю, чтобы 
никто не ослушался этого моего приказания, но в точности исполнил его. Я также 
желаю, чтобы освободительные грамоты с точным описанием освобожденного лица 
были, в присутствии последнего, заготовлены в трехдневный срок после совершения 
самого акта освобождения, и полагаю, что это принесет нам одну только пользу. 
Пусть будет донесено о всяком, кто вздумал бы ослушаться этого предписания, и 
тогда я распоряжусь забрать все имущество ослушника в царскую казну».
      Когда этот указ был прочитан царю, причем тут было помещено все, кроме 
постановления об освобождении ранее или позже Птолемея переселенных [в Египет] 
иудеев, которое было опущено, царь сам великодушно прибавил к тексту 
соответственное гуманное постановление и, одобрив его в такой редакции, повелел 
своим казначеям и лицам, заведовавшим его суммами, приготовить нужные выкупные 
деньги. Это было быстро сделано, и, таким образом, постановление царя было 
всего в семидневный срок приведено в исполнение. Общий итог выкупных платежей 
достиг суммы свыше четырехсот шестидесяти талантов, ибо хозяева требовали себе 
выкупа также за каждого из несовершеннолетних иудеев, потому что царь в своем 
указе об освобождении иудеев употребил выражение «получить вознаграждение за 
каждого пленного».
      4. Когда это было сделано сообразно великодушному постановлению царя, 
последний повелел Димитрию подать свое прошение относительно еврейских книг. 
При этих царях (т. е. Птолемеях) все делалось по установленным формам, причем 
именно формы соблюдались с величайшею точностью. Ввиду этого были занесены в 
архив не только копия того прошения и копии с писем, обмененных по этому поводу,
 но и количество отосланных жертвенных даров с отметкою на каждом всех 
изображений, так что всякий желающий мог узнать по этому об искусстве художника 
и немедленно узнать последнего по качеству изделия его. Копия же того прошения 
была составлена в следующих выражениях:
      «Великому царю от Димитрия. Так как ты, царь, сделал распоряжение о 
пополнении своей библиотеки еще недостающими сочинениями и о разыскании 
случайно затерявшихся книг, я всеусердно докладываю тебе, что у нас, между 
прочим, не имеется книг по иудейскому законодательству. К тому же последние, 
писанные еврейским шрифтом и на чуждом нам языке, нам недоступны. Тебе, 
вероятно, было донесено о них не так точно, как бы тебе, царю, следовало знать 
о том. А между тем необходимо, чтобы и они тебе были известны, ибо изложенное в 
них законодательство, как исходящее от самого Бога, свидетельствует о 
значительной мудрости и возвышенности иудейского учения. В силу того же 
соображения, как замечает Гекатей из Абдеры999, не упоминают о нем ни поэты, ни 
историки, ни те, кто сообразно ему правил государством: ведь законодательство 
это священно и не должно профанироваться нечистыми устами. Поэтому, царь, если 
пожелаешь, напиши иудейскому первосвященнику, чтобы он прислал тебе по шести 
самых опытных в законах старцев, из каждого колена, дабы мы могли от этих людей 
узнать точное и полное содержание тех книг и, получив от них верный перевод, 
достойным образом исполнить твое в этом деле желание».
      5. По получении этого прошения, царь п