женщины, которая кормила 
пророка, сын впал в такую болезнь, что казалось, будто ему придется умереть; он 
имел уже совершенно вид трупа787. Тогда мать с плачем заключила ребенка в свои 
объятия и с громкими рыданиями стала жаловаться на свое несчастие и приписывать 
последнее присутствию в ее доме пророка, что изобличило ее греховность и повело 
к тому, что ее ребенок теперь умирает788. Пророк же стал уговаривать ее не 
терять бодрости духа и предоставить ребенка ему, обещаясь вернуть его ей живым 
и здоровым. Когда она отдала ему ребенка, пророк отнес его в свою комнату и, 
положив его на постель свою, стал взывать к Предвечному, что смерть сына не 
является должною наградою за то, что вдова приняла его, пророка, в свой дом и 
кормила его. Вместе с тем он умолял Господа Бога снова вернуть жизнь ребенку и 
воскресить его. Тогда Всевышний, сжалившись над матерью и желая показать 
пророку свое расположение, которое должно было выразиться в том, что Он послал 
его сюда не для наказания [жителей], внезапно, против всякого ожидания, оживил 
ребенка. Мать преисполнилась глубокой признательностью к пророку и с тех пор 
постоянно уверяла его в своей уверенности, что устами его говорит сам 
Предвечный.
      4. Спустя некоторое время пророк, по внушению Господа Бога, явился к царю 
Ахаву, чтобы объявить последнему, что пойдет дождь. В ту пору голод и полный 
недостаток в съестных припасах успел обуять уже всю страну, так что не только 
люди терпели нужду от недостатка хлеба, но и лошади и остальная скотина не 
находили на иссушенной палящим солнцем почве травы для пастьбы. Тогда царь 
призвал к себе надзирателя своего за скотом, Оведию, и приказал ему отправиться 
ко всем цистернам и ручьям и посмотреть, не найдется ли гденибудь 
скольконибудь травы, которую можно было бы собрать и предложить в пищу скотине.
 А так как он уже раньше разослал по всей стране лиц, которым было поручено 
разыскать пророка Илию и которые не были в состоянии нигде найти его, он 
повелел тому же Оведии отыскать его. Но затем оба решили отправиться на поиски 
вместе; потому они разделили между собою задачу, и как царь, так и Оведия 
отправились каждый в разных направлениях. Когда однажды царица Иезавель велела 
перебить всех [истинных] пророков, этот Оведия спрятал сто человек их в 
подземных пещерах и кормил их, доставляя им хлеб и воду789.
      Расставшись с царем, Оведия вскоре встретил на пути пророка Илию, и когда 
он на вопрос свой узнал, кто это, то пал ниц перед ним и приветствовал его. 
Пророк же повелел Оведии вернуться к царю и сказать, что он, Илия, сам придет к 
нему. Оведия спросил, какое он, Оведия, причинил ему зло, что посылает его к 
царю, который ищет его смерти и велел по всей стране искать его. Или разве он 
не знает, что Ахав разослал решительно ко всем местностям людей, которым 
поручено схватить Илию и привести его к царю на казнь? И вот, продолжал Оведия, 
он боится, как бы Господь Бог не явился пророку и не перенес бы его на другое 
место. В таком случае, если царь пошлет меня за тобою и я не буду в состоянии 
нигде найти тебя, мне самому придется за это поплатиться жизнью. Поэтому Оведия 
просил Илию пощадить его и упомянул при этом о своем ревностном старании спасти 
сто его товарищейпророков, что ему и удалось, так как, пока Иезавель перебила 
всех остальных, он их держит в потайном месте и снабжает пищею.
      Однако Илия повелел ему без страха вернуться к царю, причем дал ему 
клятвенное обещание, что он, Илия, еще в этот день предстанет пред Ахавом.
      5. Когда Оведия возвестил Ахаву о прибытии Илии, Ахав вышел к нему 
навстречу и гневно спросил, не он ли наслал бедствие на народ еврейский и был 
причиною бесплодия почвы. На это пророк без всякого колебания и страха ответил, 
что сам Ахав и весь род его являются виновниками этих бедствий, так как они 
ввели в страну чужих богов и их культы, отстранившись от своего родного Бога, 
который один является настоящим Божеством, и не обращали на Него никакого 
внимания.
      Впрочем, тут же Илия пригласил Ахава пойти на гору Кармель и собрать туда 
весь народ, вместе с пророками, поставленными царем и его женою, сколько бы их 
ни было, а также со жрецами храмов при рощах, всего до четырехсот человек. 
Когда же по распоряжению Ахава все поспешно собрались на упомянутую гору, 
пророк Илия стал между ними и спросил их, доколе еще желательно им упорствовать 
в своих взглядах и решении продолжать такой образ жизни. Если они, продолжал 
Илия, считают собственного Бога единственно истинным, то пусть они и следуют 
Ему и повинуются Его предписаниям, если же ставят Его ни во что, но признают 
чужих богов и считают необходимым поклоняться им, то пусть всецело отдадутся 
этим богам.
      Когда же народ ничего не отвечал на это, Илия предложил, для испытания 
могущества чужеземных богов в сравнении с Его собственным Богом, которого он 
один является представителем, тогда как у тех налицо четыреста служителей, 
взять и зарезать быка и возложить его на жертвенник, не зажигая дров 
последнего; пусть затем и жрецы иноземных богов сделают то же самое и пригласят 
своих богов возжечь дрова: из этого можно будет затем вывести заключение о 
природе и свойствах различных божеств. Предложение это было принято, и Илия 
предложил идолопоклонникам первым выбрать и заколоть быка в жертву и при этом 
воззвать к своим богам. Когда же на моления и следовавшие за ним 
жертвоприношения лжепророков не последовало никакого ответа, Илия насмешливо 
посоветовал им громче взывать к богам, так как последние либо находятся в 
отсутствии, либо спят. После того как жрецы бесплодно трудились с зари до 
полудня, причем, по обычаю своему, кололи себя мечами и кинжалами, Илия хотел 
сам приступить к своему жертвоприношению и предложил им поэтому дать ему место, 
причем присовокупил приглашение подойти поближе и проследить за ним, чтобы он 
не мог