административно-полицейского режима и цензуры. В качестве конкретных достижений 
в деле наведения порядка можно назвать подавление ранее функционировавших 
радикальных революционных организаций типа «Народной воли» и лишение их ореола 
«народных заступников», по крайней мере, на официально-публичном уровне.

Одновременно с этим были предприняты меры по улучшению материального положения 
крестьян и фабричных рабочих. Правда, соответственно ухудшилось, их социальное 
положение: крестьянское самоуправление было отдано под контроль земских 
начальников, затруднялось поступление в гимназии детей из низших сословий и т.д.


Например, циркуляр министра народного просвещения, получивший одобрение 
Александра III, так называемый 
Циркуляр о кухаркиных детях, гласил, в частности: «…гимназии и прогимназии 
освободятся от поступления в них детей кучеров, лакеев, поваров, прачек, мелких 
лавочников и тому подобных людей, коих, за исключением разве одаренных 
необыкновенными способностями, не следует выводить из среды, к коей они 
принадлежат…»

С одной стороны… м-да… Но с другой… с другой — все правильно, потому что, 
во-первых, разительный контраст между атмосферой гимназии и атмосферой, царящей 
в доме такого ребенка никак не способствовал бы его успешному развитию, и, 
во-вторых, что, пожалуй, самое главное: зачем давать человеку тот уровень 
образования, который порождает притязания, далеко не соответствующие 
возможностям их реализации?



КСТАТИ:

«Надо всегда быть только собой. Конь без улана все тот же конь. Улан без коня — 
всего лишь человек».

Станислав Ежи Лец



Так что я бы не ставил Александру Третьему в вину одобрение этого циркуляра. 
Многие, правда, ставят, как ставят в вину ограничение избирательного права. В 
таких случаях я всегда вспоминаю гениального Цицерона: «Голоса взвешивают, а не 
считают». Голос солдата не может быть равен голосу генерала. Если, конечно, за 
них обоих не принял решение кто-то третий…

Александр был истовым апологетом всего народного, вернее, национального. Когда 
речь шла о традициях предков или о религиозности, это ни у кого не вызывало 
отторжения, скорее напротив, но когда император реформировал военную форму, 
обязав всех офицеров отныне носить кафтаны, шаровары и круглые барашковые шапки,
 господа офицеры, понятное дело, приуныли, но нарушить высочайшее повеление не 
решились. Только князь Барятинский, командир лейб-гвардии Преображенского полка,
 как-то приехал на дворцовый прием в мундире старого образца, а когда министр 
двора сделал ему по этому поводу замечание, князь заявил, что «мужицких тряпок 
носить не станет». Утром следующего дня он был отправлен в отставку.

Жил император очень скромно, ходил в полушубке, солдатских сапогах и 
косоворотке, соблюдая строжайшую экономию во всем, что касалось расходов на 
содержание его семьи и двора.

Осуждая образ жизни своего отца, да и деда тоже, Александр жене не изменял, а 
придворных подвергал различным наказаниям за адюльтер, который называл 
искушением сатаны.

В связи с такой позицией нетрудно представить себе благородное негодование 
императора, узнавшего, что среди офицеров гвардии широко распространен 
гомосексуализм и что более всех славится этим привилегированный Преображенский 
полк. Первой реакцией Александра было приказание немедленно выявить всех 
гомосексуалистов и выгнать из гвардии, но когда ему дали понять, что в таком 
случае ряды гвардии угрожающе поредеют, он несколько смягчился и повелел 
изгонять только тех, кто проявил себя в этом плане наиболее шокирующим образом.

Ну а на повальное пьянство гвардейцев пришлось попросту махнуть рукой.

Сам император был не прочь выпить при случае, но в разумных пределах, так что 
никаких эксцессов на этой почве мадам Клио не запечатлела. Особо осуждаемой 
современниками и историками чертой этого монарха был его крайний национализм, 
порой приобретавший довольно агрессивные формы. Сам он, имевший не очень-то 
много оснований считать себя русским человеком (в особенности если его прадед 
Павел I был действительно сыном Петра Третьего, немца. А о прабабке, Екатерине, 
и говорить не приходится, как и обо всей женской линии Романовых), тем не менее 
был ярым русификатором, запрещавшим обучение «инородцев» на их родных языках, а 
ведь Россия-то огромна и многонациональна… Он резко ограничил права евреев и в