Рисунок М. Лермонтова


Россия — вечна, а вот империи имеют объективное свойство распадаться, и тут 
чьи-то амбиции имеют столько же значения, сколько чтение стихов — для 
прерывания беременности.



КСТАТИ:

«Все слагается в Историю, и все в нее же и разлагается».

Станислав Ежи Лец



Современник Николая Первого — французский король 
Луи Филипп Орлеанский, который правил в промежутке между революцией 1830-го и 
революцией 1848 года. В юности он активно посещал Якобинский клуб, затем храбро 
воевал на стороне революционных войск, принимал участие в сражении при Вальми и 
других операциях.

Народ очень редко бывает благодарен за что-либо, а революционный народ — 
классический синоним неблагодарности, поэтому неудивительно, что когда 
«народный» генерал Дюмурье проиграл какое-то малозначительное сражение, его тут 
же обвинили в измене, и он вынужден был бежать в Швейцарию, где зарабатывал 
себе на пропитание частными уроками, и только брак с дочерью сицилийского 
короля внес заметные улучшения в его материальное положение.

В период Реставрации Луи Филипп вернулся во Францию, где ему возвратили родовые 
замки, не все, конечно, а те, которые новые правители еще не успели продать. 
Вопреки ожиданиям роялистов, он уклонялся от контактов с ними, предпочитая 
общение с оппозиционерами, на все лады поносившими Бурбонов вообще и нынешнего 
короля Людовика XVIII, в частности. Своих детей он отдал учиться во вполне 
буржуазный «Коллеж Генриха IV», где они сидели за партами рядом с детьми 
суконщиков и лесоторговцев, что необычайно льстило последним и создавало Луи 
Филиппу положительную репутацию в глазах всего третьего сословия.

Его супруга принимала посетителей с шитьем в руках, что приводило их в 
неподдельный восторг, а сам он часто бродил по Парижу в простом суконном 
сюртуке с зонтиком под мышкой, открытый, простой и крайне доброжелательный. Он 
крепко пожимал мозолистые руки рабочих и мелких торговцев, беседовал с ними о 
житье-бытье, не отказывался выпить и стаканчик-другой вина…

Вот так становятся кумирами масс.

А когда Луи Филипп стал королем, он правил так же, как и его предшественник, 
если говорить о стиле правления, а если говорить о сути, то можно отметить лишь 
то, что люди в королевской свите стали более коренастыми и они не совсем 
уверенно владели ножом и вилкой, но это мелочи…



КСТАТИ:

«Бывает слава без популярности, а бывает популярность без славы».

Жюль и Эдмон Гонкуры



После недолгого существования Второй республики, пришедшей на смену 
королю-буржуа Луи Филиппу, Франция вновь стала тосковать по «сильной руке» и не 
нашла ничего лучшего, чем избрать своим президентом Людовика Наполеона 
Бонапарта, племянника Наполеона Первого.

16 декабря 1848 года он получил почти 75% голосов избирателей и приступил к 
обязанностям первого лица державы. В октябре следующего года он отправил в 
отставку правительство и набрал новое, ну а дальше, дальше все состоялось по 
накатанному сценарию, разработанному его знаменитым дядюшкой: в начале декабря 
1851 года — государственный переворот силами военщины, а в декабре 1852 года 
решением всенародного референдума было восстановлено императорское достоинство 
и бывший президент стал называться 
Наполеоном Третьим.