углом остро отточенный испанский нож.

А на западе вновь подняла голову Австрия, которая заключила союз с 
Великобританией.

5—6 июля 1809 года в битве под Ваграмом Наполеону удалось нанести поражение 
австрийской армии, но с большим трудом и непривычно большими потерями своего 
личного состава.

Но Австрия была снова поставлена на колени.

Пока. Все, что ни происходит в жизни, все происходит пока…


Его брак с Жозефиной тоже был 
пока.Пока не потребовался законный наследник престола, которого Жозефина уже не 
могла родить.

И тогда Наполеон сказал ей: «У политики нет сердца, а есть лишь одна голова», 
после чего изложил свое решение развестись с нею. Жозефина упала на пол и 
билась в конвульсиях, но император был непреклонен в своем стремлении стать еще 
и основателем династии. Он быстро получил от Папы Римского разрешение на развод 
и, после неудачной попытки сватовства к сестре Александра Первого женился на 
молодой австрийской эрцгерцогине 
Марии Луизе(1791—1847 гг.), между прочим, племяннице Марии Антуанетты. И толпа 
встречала его молодую жену с такими же радостными воплями, с какими провожала 
на казнь ее тетку. Толпе все равно, куда и кого везут, она знает только два 
состояния: ликование или гнев, так что не стоит она серьезного к себе отношения.


Новая жена была молода, белокура, голубоглаза и достаточно дородна для того, 
чтобы ее прозвали «австрийской коровой». Она была целомудренна и при этом глупа.
 Но самое, пожалуй, негативное ее качество заключалось в поражающем равнодушии, 
скорее даже в душевной черствости. Ей были, как говорится, «по барабану» все 
победы и поражения ее мужа, его конфликты с ее родней, судьбы окружающих ее 
людей, да все, в принципе, что не имело непосредственного отношения к ее 
здоровью и настроению. Она родила наследника престола и на этом считала свою 
миссию выполненной. Когда ее супруга сослали на остров Эльбу, она не ответила 
ни на одно из его многочисленных писем с просьбами приехать к нему вместе с 
сыном. Такое ей и в голову не могло прийти. Зачем?

Это вот Мария Валевская мчалась туда сломя голову, чтоб поддержать, утешить, а 
законная супруга, которая так гордилась своей богобоязненностью и целомудрием, 
перестала даже мужем его называть. Теперь она упоминала о нем не иначе как о 
«господине с острова Эльба». Она наслаждалась жизнью на курорте Экслебена, где, 
как говорили, некий камергер «заменял ей супруга во всех отношениях».

Еще одно подтверждение того, что такие понятия, как «целомудрие» и 
«порядочность», — далеко не синонимы, увы…

Дело, конечно, не в целомудрии как таковом, но давно уж замечено, что люди 
тогда гордятся своим целомудрием, когда больше гордиться нечем. С ведома (если 
не по прямому указанию) Наполеона одна из его любовниц мадемуазель Жорж, 
актриса, навестила Петербург, где за весьма недолгое время успела побывать в 
постелях и императора Александра, и его брата Константина. Несмотря на 
отточенную сексуальную технику, мадемуазель Жорж не произвела ни на одного из 
братьев ожидаемого впечатления, а Константин высказался с присущей ему грубой 
прямотой: «Эта мадемуазель Жорж в своей области (хорошо сказано!) не стоит того,
 что стоит в своей моя парадная лошадь!»



КСТАТИ:

«Все мы немножко лошади».

Владимир Маяковский






Если бы все разногласия между первыми лицами тех или иных государств 
ограничивались сферой сексуальных достоинств каких-то актрисок! Если бы… Но 
разногласия, как правило, имеют гораздо более глубокие корни, и между Россией и 
Францией накалялась та атмосфера, которую принято называть предгрозовой, а для 
ее возникновения требуются достаточно веские причины.

Среди этих причин можно назвать и политику Наполеона касательно Польши, которую