В Риме, возле церкви Сан-Клементе, на том месте, где папесса Иоанна якобы 
родила ребенка, с IX по середину XVII века стоял памятник в честь этого события,
 которое тогда никто не подвергал сомнению…



А такой образ, как русская княгиня Ольга, правившая с 945-го по 964 г. и 
уничтожившая пять тысяч древлян, казнивших ее мужа, включая два состава 
посольств древлянского князя Мала, который изнывал от желания жениться на ней…

Традиционно этот акт возмездия трактуется как образец супружеской верности и 
солидарности, но, думается, причина его кроется в другом. Ольга ведь отлично 
осознавала всю низость поступка мужа, самовольно изменившего правили игры и 
подвергшего древлян двойному «налогообложению», понимала, что он получил именно 
то, что заслужил, но это ее муж, и право судить о его поступках она никому не 
уступит, как и право на собственное видение истины.

Она отнюдь не узурпировала это право, оно было присуще ее характеру как нечто 
само собой разумеющееся, и основанием для него служила высокая цивилизованность 
чувств этой незаурядной женщины.

Как в этом контексте не упомянуть византийскую императрицу 
Зою(ок. 978—1050 гг.), полстолетия управлявшую страной, умело манипулировавшую 
тремя мужьями-императорами, которые, умирая, сменили друг друга и на троне, и в 
постели этой великой женщины…

В соборе святой Софии (нынешняя мечеть Ая-София) сохранился мозаичный групповой 
портрет, где она занимает центр изображаемого пространства, а слева и справа от 
нее — Иисус Христос и один из мужей-императоров, имя которого затерто. 
Действительно, не все ли равно…



КСТАТИ:

«Мягкое и слабое побеждает твердое и сильное. В Поднебесной нет ничего мягче и 
слабее воды, но она нападает на крепкое и сильное, и никто не может победить 
ее».

Лао-цзы



А вот такой образ средневековой Женщины…

Тамара(ок. сер. 60-х гг. xii — 1207 г.), царица Грузии.

Во время ее правления страна достигла невиданного ранее могущества во всех 
сферах деятельности, включая и военную. Грузинский древний историк Басили в 
своем знаменитом труде «Жизнь царицы Тамары» так описывает внешность царицы: 
«Говоря здесь старым слогом, „рожденный слепым — слепым и идет из мира“ — 
подразумевается всякий, не видевший Тамары. Правильно сложенное тело, темный 
цвет глаз и розовая окраска белых ланит; застенчивый взгляд, манера царственно 
вольно метать взоры вокруг себя, приятный язык, веселая и чуждая развязности, 
услаждающая слух речь, чуждый всякой порочности разговор…»

Конечно, придворные хронисты есть придворные хронисты, то есть искусные 
лакировщики действительности, так что все их славословия, как правило, следует 
делить на 2, 4, 8 и т.д., но в случае царицы Тамары Басили, пожалуй, был 
объективен.

Его характеристики внешности Тамары подтверждаются свидетельствами и других, 
более независимых хронистов. Она действительно была красива, умна, образованна 
и аристократична. Она была мудрой и справедливой правительницей и при всем этом 
как утверждали современники, страдала самой элементарной нимфоманией, вечной 
сексуальной неудовлетворенностью (в просторечии — «бешенством матки»), 
вследствие чего сбрасывала со скалы своих несчастных любовников. По 
приблизительным данным, их количество подходило к двум тысячам.

Никто не знает доподлинно, как все было на самом деле, да и так ли это важно?

Что же касается полноты образа царицы Тамары, то вот еще один фрагмент из труда 
Басили:

«Когда приблизились к Тбилиси, навстречу им выступила и Тамара. Радовалась, 
благодарила Бога, спрашивала о здоровье каждого из вернувшихся из похода. И они 
радовались, видя ее.

Все поля вокруг Тбилиси были запружены победителями и больше не могли уместить