должна развращаться гарантией своей монополии, и замки здесь сыграли важную 
дисциплинирующую роль. Власти время от времени нужно напоминать о том, что и 
без нее Солнце всходит…

Трудно преувеличить и значение рыцарей, как стержневого сословия в обществе, 
которое вольно или невольно все же сверяло векторы своей морали, политики и 
культуры именно по этому сословию, оказавшему столь сильное влияние на процесс 
формирования и общественного бытия, и общественного сознания.

Рыцарство выработало свой особый кодекс чести с такими обязательными его 
параграфами, как чувство долга, сила духа и т.д. И все это в обрамлении пышных 
церемоний, титулов, знаков отличия, геральдики, целой системы норм и правил, 
без которых Средние века враз утратили бы весь свой терпкий аромат.

И сопутствовали этому аромату четкие понятия, такие, как равновесие между 
правами и обязанностями, уважение к собственности, к личности, к заключенному 
договору, презрение к торгашеству, к мелочной расчетливости, трусости и т.п.

Естественно, установленные нормы и правила зачастую оставались не более, чем 
декларацией, добрыми намерениями, которыми, как говорится, вымощена дорога в 
ад…




Гравюра XV в.


Рыцари, как, впрочем, и все остальные люди, были разными, и далеко не каждый из 
них соответствовал тому слащавому ярлыку, который историки часто пришивают 
белыми нитками к героям той эпохи (если, конечно, эти герои свои, родные). Судя 
по культурным памятникам Средневековья, а также по судебным хроникам и мемуарам,
 большинство рыцарей относилось к женщинам откровенно потребительски и не 
упускало случая изнасиловать приглянувшуюся даму.

Впрочем, учитывая нравы той эпохи, сексуальные преступления считались скорее 
грубой шуткой, чем злодеянием. Церковь только входила в силу, и еще было вполне 
допустимо махнуть рукой на ее запреты, тем более, что сами пастыри отнюдь не 
подавали примеры благочестия. Например, известно, что некий Арчибальд, епископ 
графства Сенс, в начале X века изгнал монахинь из аббатства, устроил в 
трапезной гарем, а в галерее стал содержать охотничьих собак и соколов. Епископ 
Льежский Генрих III имел 65 незаконных детей, и это не считалось рекордом. Во 
всех европейских странах понятие «незаконнорожденный» означало «ребенок 
священника». Роды в женском монастыре не были чем-то из ряда вон выходящим, 
скорее напротив…

Сексуальная связь с рыцарем почиталась за честь любой женщиной, независимо от 
ее общественного положения.

Легкости отношений в известной мере способствовала и мода того времени. Мужчины 
носили короткие куртки, не прикрывающие гениталий, которые, — вследствие 
особенностей кроя штанов, — укладывались в специальный мешочек, так называемый 
гульфик, призванный продемонстрировать их грозную величину. Придворное женское 
платье зачастую полностью открывало грудь, а во время светской беседы поднять 
юбки и продемонстрировать собеседнику подстриженный лобок вовсе не считалось 
непристойностью, если верить записям хронистов того времени.



КСТАТИ:

«Я обнажаю человека? Просто мои люди растут, и потому их коротенькие рубашонки 
чего-то там не прикрывают».

Станислав Ежи Лец



Да, люди росли, при этом мало задумываясь о том, насколько пристойна длина их 
рубашонок, характер их отношений и строки их песен. Некогда было задумываться о 
таких пустяках, когда нужно было строить замки, воевать, сражаться на турнирах, 
сеять хлеб, разводить скот, ковать оружие и орудия труда, писать стихи, править 
государством, зачинать детей и просто заниматься любовью… Но нашлись люди, 
которые не умели, не могли, не хотели заниматься вышеперечисленными делами, а 
потому избрали себе совсем иную стезю: контролировать все и всех от имени Бога, 
объявив себя посредниками между Ним и теми, кто строит, сражается, кует, мелет 
и т.д. Власть по достоинству оценила их потенциальные возможности и охотно 
согласилась на взаимовыгодное сотрудничество.