Многочисленные рассказы-притчи, в которых этот насмешливый мудрец выступает 
главным героем и носителем истины, представляют собой одно из самых необычных и 
ярких достижений в области метафизической философии. Они создают основу для 
постижения суфийского отношения к жизни путем решительной ломки сложившихся 
стереотипов ее восприятия.

Насреддин постоянно утверждает, что к истине нельзя подходить со стандартными 
мерками, что ее невозможно втиснуть в лекала общепринятых норм.

…Однажды Насреддин посетил дворец одного короля. Тот пожаловался ему на то, что 
подданные этого королевства патологически лживы.

— Ваше величество, — заметил Насреддин, — истины бывают разными. Прежде чем 
люди смогут использовать относительную истину, им необходимо практически 
познать истину реальную, однако они всегда пытаются делать наоборот.

— Эти рассуждения показались королю слишком сложными.

— Вещи должны быть или истинными, или ложными, — твердо заявил он. — Я заставлю 
своих подданных говорить правду, и только правду!

На следующее утро перед открытыми городскими воротами красовалась виселица, 
которую окружали королевские гвардейцы во главе с капитаном.

Глашатай объявил:

— Всякий, кто хочет войти в город, должен правдиво ответить на вопрос капитана 
королевской гвардии!

Насреддин был первым из желающих.

— Куда ты идешь? — спросил его капитан. — Говори правду, иначе тебя повесят.

Насреддин ответил:

— Я иду, чтобы быть повешенным на этой виселице.

— Я не верю тебе.

— Отлично, — улыбнулся Насреддин. — Если я солгал, повесь меня.

— Но это будет означать, что ты говорил правду!

— Вот именно, — сказал Насреддин, — правду, только вашу!

Из этого следует, что представления о добре и зле обусловлены не какими-либо 
объективными факторами, а лишь субъективными критериями, сложившимися в 
результате позитивного или негативного опыта. В поисках истины люди зачастую 
избирают не самые верные, а самые удобные пути…

…Как-то сосед увидел, что Насреддин что-то ищет, стоя на коленях посреди улицы.

— Что ты потерял, мулла?

— Свой ключ, — ответил Насреддин.

— А где ты обронил его?

— Дома.

— Тогда почему же ты ищешь его здесь?

— Потому что здесь светлее.

А однажды сосед попросил Насреддина одолжить ему бельевую веревку.

— Извини, но я сушу на ней муку, — сказал Насреддин.

— Как же можно сушить муку на веревке? — изумился сосед.

— Это не так сложно, как ты думаешь, — серьезно ответил Насреддин, — особенно 
если не хочешь одалживать веревку.

А когда Насреддин был судьей, к нему пришла женщина, которая вела за руку 
своего сына-подростка.

— Этот мальчик, — сказала она, — ест слишком много сахара, но я не в силах 
помешать ему это делать. Я прошу вас официально запретить ему есть столько 
сахара.