— Да, сэр. Около четверти часа назад, — ответил Кэмпбелл. — От этого ускорителя 
до Ангелмассы двадцать семь световых минут, и, если корабль действительно 
направляется к нему, мы увидим его прибытие примерно через семь минут. Мы уже 
нацелили туда телескоп. — Он искоса взглянул на Телтхорста. — Господин Адъютор 
утверждает, будто бы они собираются уничтожить сеть у Ангелмассы.
— Вот как? — Ллеши хмуро посмотрел на Телтхорста. — зачем же?
— Очевидно, чтобы не подпустить нас к Ангелмассе, — натянутым голосом произнес 
Адъютор. — Мы уже убедились в том, что их самое надежное средство защиты — это 
корпуса из многослойного металла, и знаем, что ими оборудованы корабли-охотники.

— То есть вы полагаете, что они собирают у Ангелмассы корабли-охотники и 
сколачивают из них оборонительный флот? — кротко осведомился Ллеши.
— Не вижу в этом ничего смешного, — отрезал Телтхорст. — Надеюсь, вы не забыли 
о вооруженных судах-рудокопах, которые они бросили против нас в системе Лорелеи.

— И, насколько мне помнится, без особого успеха, — заметил Ллеши. Однако он был 
вынужден признать, что опасения Адъютора не лишены оснований. Командование СОЭ 
вполне могло решить, что группа вооруженных кораблей, появившихся в сети на 
орбите Серафа, застанет «Комитаджи» врасплох. — Что скажете, Кэмпбелл?
— Мы прочесали этот район в поисках кораблей, — ответил тот, — но до сих пор не 
обнаружили там ни одного судна, а уже тем более — организованного боеспособного 
флота.
— Но вы сами говорили, что блеск звезды мешает наблюдениям, — произнес Адъютор. 
— Я ничуть не сомневаюсь, что у Ангелмассы находится хотя бы несколько 
охотников.
— Покажите, — велел коммодор, усаживаясь за свой пульт. Едва он повернул к 
главному экрану кресло, Кэмпбелл включил изображение Ангелмассы, передаваемое 
телескопом.
Как он и ожидал, зрелище было весьма впечатляющим. Коммодору уже доводилось 
видеть черную дыру, правда, гораздо более крупную. Она мирно дрейфовала в 
космосе, похожая на невидимого паука в невидимой паутине, поглощая материю, 
которая устремлялась к ней спиралеобразными завихрениями и исчезала в 
непроглядном мраке.
Ангелмасса являла собой нечто прямо противоположное. Крохотная жемчужина на 
черном бархате пространства, она излучала свет, радиацию и потоки частиц с 
яростью и мощью небольшой звезды. Радиация сжигала, ионизировала и отметала 
прочь вещество солнечного ветра, оказавшееся слишком близко к ней; оптические 
экраны затеняли самую яркую часть ее сердцевины, и Ангелмасса казалась большим 
темным пятном в окружении широкой полосы слепящего света, похожей на кольца 
Сатурна и Демолиана.
Коммодор не без труда заставил себя отвлечься от поэтических образов и вернулся 
к жестокой реальности войны. Кэмпбелл не ошибся. Ллеши не заметил у Ангелмассы 
кораблей.
Но и Телтхорст, к сожалению, был прав. Диаметр ореола ионизованного газа была 
таков, что за ней вполне могло скрываться достаточно крупное военное судно с 
антирадарной защитой.
К счастью, решение напрашивалось само собой.
— Вы уже определили орбиту ускорителя Серафа? — спросил Ллеши.
— Только самые общие параметры, — ответил Кэмпбелл. — Это экваториальная орбита 
в двух сотнях километров от поверхности планеты. Мы сможем уточнить его, 
приблизившись к Серафу.
— Приближайтесь, — велел коммодор. — Занимайте ту же самую орбиту, но позади 
ускорителя и как можно дальше, только чтобы не терять его из виду. Это 
устраивает вас, Адъютор? — добавил он, повернувшись вместе с креслом к 
Телтхорсту.
— Вполне, — ответит тот. — По крайней мере, в данный момент.
Ллеши бросил взгляд на Кэмпбелла и заметил, как его губы досадливо искривились. 
Кэмпбелл тоже понимал, что Телтхорст всегда найдет причину для недовольства.

Когда Чандрис добралась до Здания Правительства, было уже половина 
одиннадцатого вечера, и сквозь зарево огней Магаски тускло проглядывали звезды.
Она поднялась по пятнадцати широким мраморным ступеням главного входа, 
недовольно ворча на каждом шагу с момента загадочного исчезновения Косты из 
клиники прошло уже два часа, и долгий процесс поисков наконец привел ее сюда. 
Если его нет в здании, Чандрис осталось бы только сложить руки.
Но у нее было чувство, что Коста здесь. Недоброе чувство. Наивный идеалист, 
чистая душа, Коста уже говорил о том, что хочет сдаться властям. Чандрис не 
сомневалась в том, что он, еще не придя в себя после стычки с Триллингом, 
выполнил свое обещание и явился с повинной.
И все это ради того, чтобы защитить ее и Ханана с Орниной, хотя все трое 
согласились, что он должен держать рот на замке. Невзирая на то, что угроза 
Ангелмассы многократно перевешивала все, что Пакс надеялся совершить его руками 
или с его помощью.
Разумеется, в этот поздний час входная дверь была на замке. Еще одно досадное 
препятствие. Чандрис вскрыла его за тридцать секунд и вошла внутрь. Дверь, 
ведущая из приемной в основную часть здания, также была заперта. Девушка 
справилась с ней еще быстрее.
Она полагала, что в здании царят темнота и запустение. К ее удивлению, лампы 
были включены, а в коридорах и кабинетах до сих пор суетились люди. Все они 
куда-то спешили и разговаривали тревожными приглушенными голосами, порой не