– Я, конечно, в будущем физик, но… – засмеялась она.
– В общем, все Щиты Дхармы формируют вокруг обладателя защитные оболочки. 
Понимаешь? Но если Дзи-но-рин создавал оболочку только из «тяжёлого» вещества, 
представляя собой «кольцо земной мощи», то универсальный Дзюмон, по идее, 
должен формировать защиту из всех существующих видов материи, в том числе из 
всевозможных силовых полей. Интересно, выдержит он удар синкэн-гата или нет?
– Не выдержит! – сказал кто-то уверенно.
Артур, за мгновение до этого почуявший дуновение холодного ветра, живо 
обернулся и не особенно удивился появлению знакомой чешуйчатой фигуры с мечом в 
руке.
– Котов!
– Отдай эту Вещь мне! – продолжал гость, подходя ближе; лезвие его меча то 
удлинялось, то укорачивалось, то распадалось на отдельные стеклянно-дымчатые 
ромбы. – Не испытывай судьбу!
– Как ты меня находишь?! – изумился Артур. – Это же невозможно! Никто не знал, 
что я буду здесь!
– Достаточно того, что ты гудишь, как трансформатор. – Стас растянул губы в 
пренебрежительной усмешке. – Издалека слышно.
– Что значит – гудишь? При чем тут трансформатор?
Меч устремился к груди Артура.
– Щит!
Артур облизнул губы, испытывая странное желание доказать всем, в том числе себе 
самому, что он – мужчина, равный среди равных. Уйти тхабс-каналом ему почему-то 
не пришло в голову.
– Попробуй отними!
– Я просто убью тебя, идиот!
Лезвие меча отступило, но тут же прыгнуло вперёд.
В то же мгновение на пути клинка сформировался переливчатый прозрачный зонтик, 
в который острие меча воткнулось, как в упругую пластиковую плёнку. Раздался 
гулкий металлический звон, будто прозвонил колокол. «Зонтик» засиял золотом. 
Меч тоже вспыхнул ручьём зеленого пламени, задымился, но «пластиковую» плёнку 
«зонтика» пробить не смог.
Тем не менее удар был все же так силён, что Артура отбросило в сторону, он 
выронил кружок Щита и упал на колени, оглушённый, потерявший способность видеть 
и соображать.
Силовой зонтик – эффект сработавшего Щита Дхармы – растаял.
Стас озабоченно посмотрел на свой пульсирующий меч, вернувший прежнюю длину, 
перевёл взгляд на противника. Глаза его сделались пустыми, подёрнулись патиной 
безумия.
– Я тебя предупреждал!
Острие меча устремилось к поверженному Артуру. Но за мгновение до этого на пути 
меча возникла Светлана, переместившись чудесным образом сразу на десяток метров,
 как призрак. Глаза её тоже вспыхнули внутренним огнём, поднятые на уровне плеч 
руки заискрились сеточкой электрических молний.
– Не смей! – Голос девушки, неожиданно сильный и звучный, взлетел под купол 
пещеры, отразился от стен замка Акарин, вернулся удивительно гармоничным 
аккордом эха:
– Не смей… смей… мей… эй!..
Котов вздрогнул.
Меч сам собой вернулся в исходную позицию.
– Снова ты?!
– Не я – тень! – качнула головой девушка, продолжая закрывать телом 
зашевелившегося Артура. – Забудь!
– Я думал…
– Уходи!
Котов провёл ладонью по лицу, на котором сквозь равнодушие и безразличие ко 
всему на свете проступило нечто человеческое, отражение борьбы чувств.
– Я… не могу… освободиться…
– А ты попробуй!
– Он… внутри… сильнее…
– Тогда убей нас обоих!
Артур внезапно ожил, тряхнул головой, цапнул с пола кружок Дзюмона, вскочил.
– Никого он не убьёт! И Щит не получит!
Глаза Котова, в которых плавились боль и мука, то и дело перекрываемые злобой и 
бешенством, снова почернели. И перемену в его настроении почувствовал 
синкэн-гата, управляемый инстинктами владельца. И всё же какие-то остатки 
человеческой воли задержали клинок на мгновение, и этого оказалось достаточно, 
чтобы Артур успел запустить тхабс.
Меч пронзил воздух, с треском вспорол стену основания замка, проделывая 
дымящийся шрам.
И тотчас же в пещере объявился ещё один гость, словно специально дождавшийся 
финала схватки наёмника Монарха с молодыми людьми.
– Похоже, не всё решает «устранитель препятствий», мой злейший друг? – раздался 
насмешливый голос Марата Феликсовича Меринова. – Или у тебя вовсе не синкэн, а 
его заменитель?
Из-за округлости нижней спирали замка вышел Меринов в пятнистом комбинезоне, 
руки сложены за спиной, в глазах – сомнение и вопрос, но ни капли страха.
– Почему ты их не убил, оруженосец? Кишка тонка?
Брови Котова сомкнулись у переносицы, глаза метнули молнии.
– Опять ты! Я же предупреждал: не мешай мне!