Иван Терентьевич.
– А где тебя отыскал бедный Асат? – подошла к отцу Мария.
– В одном из адов «розы», – пожал плечами Юрий Венедиктович. – На меня напал 
Бабуу, и стартовал я с Земли уже в бессознательном состоянии. Асат меня привел 
в чувство и доставил сюда.
– Откуда он узнал, где ты?
– Не знаю, не успел спросить.
– Символично, – произнес Самандар с усмешкой, поглядывая на Ульяну и Василия, 
стоявших неподалеку.
– Что символично? – не понял Юрьев, тоже оглянувшись на застывшую пару.
– Что ваше подсознание вынесло вас именно в ад.
Юрьев ответил понимающей усмешкой, не сводя заинтересованного взгляда с Василия 
и Ульяны, затем Парамонов деликатно тронул его и Самандара за руки и жестом 
отозвал обоих в сторону.
– Пусть они побудут вдвоем. Им есть что сказать друг другу. А мы пока обсудим 
положение.
Мужчины прошлись по платформе, остановились на ее краю, глядя на пейзаж внизу.
К Стасу, делавшему вид, что он приводит свой костюм в порядок, и косившемуся на 
своего учителя с некоторым недоверием – таким он тоже его видел впервые, – 
подошла Мария, потянула за рукав, сердито прошептала:
– Чего пялишься? Пошли к остальным.
– Они… посмотри на их лица…
– Это признание, Котов, понимаешь? Они не виделись десять лет, понимаешь?
– Но ведь для нее эти десять лет пролетели как мгновение.
– Не имеет значения. Она сейчас читает и чувствует его десять лет. Пошли.
Мария вдруг разделилась на двух похожих, но тем не менее отличимых девушек.
Стас вздрогнул, ошеломленно глядя то на одну, то на другую. Обе Марии смотрели, 
в свою очередь, на него одинаково насмешливо-дразнящими и оценивающими 
взглядами, только одна при этом еще и слегка хмурила брови. И тогда молодой 
человек сделал то, что от него ожидали: усилием воли приобрел сурово-сдержанный 
вид, отсалютовал девушкам мечом и поцеловал хмурившую брови Марию в щеку. Он 
понял, в чем дело. В этой реальности Светлада, внедрившаяся в Марию, могла 
существовать в своем собственном облике, физически.
Обе девушки переглянулись, засмеялись, и Светлада, шагнув к Марии, вошла в нее 
и исчезла. Мария подхватила Стаса под руку, прижалась к нему на секунду и 
повлекла к мужчинам.
Василий же и Ульяна никого не видели и не слышали, просто стояли и смотрели 
друг на друга, сквозь разлуку в десять лет, и ожидание, и надежду, сквозь 
безумную радость встречи, жажду объятий, сквозь рыдание и крик души…
И все слова, которые готовил Василий, чтобы сказать их любимой, оказались 
совершенно лишними. Он видел это по глазам Ульяны, в которых сквозь легкое 
замешательство, и удивление, и сомнение пробивался родник ответных чувств, 
нечаянной радости и ожидания любви.
Они и потом не сказали друг другу ни слова, когда пришла пора решать, что 
делать дальше. Только словно невзначай касались друг друга руками, ощущая 
разряды неведомой энергии, пронизывающей и соединяющей обоих. Самандар видел 
этот безмолвный разговор и, возможно, переживал, но молча, и оставался 
бесстрастным, хотя вряд ли смирился с тем, что соревнование с Котовым он 
проиграл.
– Василий Никифорович, – обратился к старшему Котову Юрьев, делая вид, что не 
замечает его состояния. – Тут у нас возник чисто теоретический спор, хотелось 
бы услышать ваше мнение.
Василий глянул на кардинала, в глазах которого читалось насмешливое осуждение, 
порозовел, выпустил руку Ульяны и принял свой обычный угрюмоватый вид.
– Может быть, мы сначала решим, что будем делать дальше?
– По-моему, это давно решено, – сказал Самандар. – Искать Соболева.
– Нет, – покачал головой Парамонов. – Проблема так просто не решается. 
Необходимо обговорить все тонкости предстоящего дела, а заодно и отдохнуть. Но 
не здесь. Удди скоро вернется и наверняка не один, а с армией.
– Вы знаете место, где мы будем в безопасности?
– Земля, то есть родная реальность.
– Там нас ждут ликвидатор и господин Рыков со своими «эсэсовцами».
– Вряд ли им удастся вычислить нас сразу после перехода границы, тем более если 
мы пойдем тхабсом, не оставляющим следов. Несколько часов для отдыха и решения 
проблем у нас будет.
Василий задумался, потом глянул на Ульяну, ответившую ему затуманенным и 
чуточку растерянным взглядом – она еще не привыкла к тому обстоятельству, что 
старший Котов – Посвященный! – и проговорил решительно:
– Поплыли!
Вахид Тожиевич открыл рот, чтобы спросить: где ты собираешься выходить? – но 
Василий уже сориентировал тхабс, и семерка людей Круга оказалась в Рязани, в 
квартире Анны Павловны, тетки Ульяны.
Глава 48
ВОЛОСЫ ДЫБОМ
Анне Павловне пошел восемьдесят четвертый год, но была она еще подвижной и 
бодрой бабулей, способной позаботиться о себе и об окружающих. Появление 
племянницы, отсутствовавшей десять лет и считавшейся без вести пропавшей, 
произвело на нее сильное впечатление, однако она, всплакнув, быстро пришла в 
себя и захлопотала по хозяйству, даже не пытаясь выяснить, каким образом в ее 
квартире оказались гости. Вскоре на кухне варились щи, жарились овощи,