— А теперь, когда он умер, оказалось, что Карпен ни за что не отвечает?
Директор кивнул.
— Маккен умер раньше, чем следовало. Останься Джеф в живых, он бы всем все 
вернул, я уверен. Говорят, они нашли там умопомрачительную жилу.
— Когда вы в последний раз видели Карпена? — спросил я.
— Сейчас, дай бог памяти… месяца два назад. Перед тем, как они вдвоем 
отправились на этот астероид и нашли свою жилу.
— Карпен не зарегистрировал у вас концессию?
— Нет. Он сделал это в Химия-сити.
— Жаль… Видите ли, у нас, признаться, возникли сомнения относительно смерти 
Маккена. Пока только сомнения, никаких конкретных подозрений у нас нет.
— Вас смущает, что это случилось сразу же после того, как они открыли жилу?
— Да.
— Вряд ли вам удастся что-нибудь узнать, — с сомнением, покачал головой 
директор. — Такое случается не впервые. Когда человек в кои-то веки нападает на 
настоящее месторождение, он теряет голову, а с нею и осторожность. А у нас 
здесь достаточно ошибиться один только раз.
— Возможно, возможно, — я встал, чтобы откланяться. — Спасибо за любезность.
— Всегда к вашим услугам.
Мы обменялись рукопожатием.
Я вышел в холл. Никто из старателей не повернулся в мою сторону.
Я отправился в фирму по прокату роллеров. Машина, которую мне предложили, 
оказалась не из лучших. Ею пользовались не менее десяти лет, краска облезла, а 
ветровое стекло (глупое земное наименование для иллюминатора — ведь здесь нет 
встречного ветра!) было все в мелких трещинках от астероидной пыли.
Тип из фирмы, без зазрения совести предложивший мне этот рыдван, даже не 
покраснел, называя цену: двадцать дублезов в день плюс горючее! Я заплатил без 
звука — в конце концов это были деньги Танжерской всеобщей, — напялил 
космический костюм, влез в кабину этой реликвии, привязал ремни и кивнул 
грабителю. Тот раскрыл ворота.
Роллер тянул немного вправо, и мне приходилось удерживать его, чтобы не войти в 
штопор. К моему удивлению, часа через четыре лета по заданному курсу я увидел 
впереди огромную желтую букву «X» — знак частной концессии. Астероид был 
небольшой — метров семьсот в диаметре. Возле посадочной площадки стоял 
припаркованный роллер, а по соседству виднелся переносной жилой купол. Роллер 
был побольше моего, но не в лучшем состоянии. На куполе выделялись заплаты.
Карпен скорее всего сидел дома в ожидании покупателя. Изыскатели его типа 
работают в одиночку и не связывают себя контрактами ни с одной из крупных фирм. 
Они оформляют концессию на свое имя и ждут покупателя повыгоднее. Такая форма 
продажи требует массы времени. Опытный старатель не тронется с места, иначе 
кто-то может высадиться и урвать кусок. Не так много надо взрывчатки, чтобы 
сделать из одного астероида два и тут же застолбить отколотую часть на 
собственное имя. Космическая катастрофа — ищи потом виновника…
Я поставил свой роллер рядом с хозяйским, укрепил на голове прозрачный шлем и 
включил систему автономного питания скафандра. Потом осторожно открыл дверцу и 
тихонько вылез на астероид.
В куполе не было окна, и я не знал, заметил ли Карпен мой приезд. Я постучал 
своей металлической перчаткой по обшивке и услышал какое-то движение.
Но открывать мне не торопились. Заснул он там, что ли?! Наконец дверь 
приоткрылась. Наклонив голову, я вошел. Подождал, пока наполнится воздухом шлюз,
 и отвинтил внутреннюю дверь.
Прямо на меня глядело дуло револьвера.
Я остановился, чуть приподняв руки. Меня вовсе не устраивало получить для 
начала дырку в брюхе.
— Кто вы такой? — спросил Карпен.
Директор из Атроник-сити был прав: Эйб Карпен являл точную копию старателей, 
которых я видел у него в приемной. Маленький, сухой мужчина без возраста. Ему 
можно было дать и сорок, и все восемьдесят, если бы я не знал, что ему под 
пятьдесят. Морщины делали его лицо похожим на вспаханное поле. Тонкий, почти 
лишенный губ рот. В жилистой руке он сжимал револьвер.
Засаленная майка, протершиеся брюки, обкромсанные по щиколотку, стоптанные 
сандалии. Это меня не удивило — температура под куполом не опускалась ниже 
тридцати двух градусов. Даже новое наружное покрытие плохо отражало солнечные 
лучи.
А вот револьвер как-то не вязался с внешностью Карпена. Сама мысль о том, что 
этому старому мизантропу достало сил отправить на тот свет компаньона, 
показалась мне абсурдной.
Должно быть, я простоял так довольно долго, потому что он переспросил: "Кто вы 
такой?", сопроводив свой вопрос нетерпеливым движением дула.
— Стентон, — ответил я. — Джед Стентон из Танжерской всеобщей корпорации. Могу 
показать вам удостоверение, но оно во внутреннем кармане.
— Достаньте. Только без резких движений.
— Договорились.
Избегая, согласно требованию, резких движений, я вылез из комбинезона, запустил 
руку в карман, извлек бумажник, открыл его и показал удостоверение с 
фотографией, подписью и отпечатком большого пальца. Удовлетворенный, он кивнул 
и отшвырнул револьвер на кровать.
— Приходится быть начеку, — сказал он. — Здесь у меня колоссальная жила.
— Я слышал, — приветливо бросил я. — Поздравляю вас.
— Благодарю. Вы, видно, по поводу страховки Джефа?