если человек приказывает Дьяволу совершить зло, разрешенное Господом, он не 
считался еретиком, но, если он просил Дьявола, то та же самая просьба делала 
его 
еретиком. Более того, если некто, якобы вступив в договор с Дьяволом, в любой 
форме просил позволения совершать действия, недозволенные Богом, он был 
колдуном 
и еретиком. Францисканец отец Кандидус Броньолус в "Manuale Ехог-astarum" 
(1651) 
приводит очень полное обсуждение того, чего можно требовать от Дьявола на 
законном основании. Ли сухо комментирует: "Эти тонкости не различались на 
практике". На практике, как заявляет Томас Блаунт в "Clossographia" (1674), все 

чудеса считались сотворенными "с помощью дьявола". К концу XV 1в. Пенья 
определяла как ересь все чары или заклинания, использующие священные предметы, 
не только святую воду, но даже публичное чтение "Отче наш" или "Аве, Мария". 
Так 
шотландский суд, осудив в 1590г. Агнесс Семпсон за произнесение вечерней 
молитвы, действовал в соответствии с общепринятой церковной традицией [см. 
Нортбервикские ведьмы].
Примерно с 1700г. светские власти начали перенимать утрачиваемый церковью (как 
католической, так и протестантской) контроль над умами. Однако, поскольку 
современный мир подчиняется не религии, а экономике и политике, колдовство, 
подразумеваюшее лич-
ный договор с дьяволом, не может быть тем средством, с помощью которого 
действуют современные искатели ересей. Слово "колдовство" продолжает 
использоваться после того, как перестало существовать обозначаемое им явление; 
оно снова стало синонимом слова "Ч " Так, например, вполне можно говорить об 
африканском или гаитянском "колдовстве". Чтобы избежать путаницы, повсюду в 
этой 
книге слова ведьма (колдун) и колдовство используются исключительно для 
обозначения ереси, преобладавшей в XVI и XVII вв., а слова чародейство и магия 
- 
для обозначения актов maleficia, обнаруживаемых во всех странах мира.
Сравнительная фольклористика может привести многочисленные аналоги магической 
практики европейских ведьм - например, мексиканского демона Тлацольтеота, 
который носит остроконечную шляпу и летает по воздуху на метле. В мексиканской 
легенде отражено Ч., но не колдовство, потому что оно не имеет ничего общего с 
отрицанием христианского бога. Но, если назвать это колдовством, в соответствии 

с тем значением, которое вкладывалось в это слово во всей Европе с 1500 по 
1700г 
, то можно допустить смешение понятий.
Почти каждый месяц, газеты и журналы сообщают о случаях "колдовства". В данной 
книге подобные сообщения были бы неуместными, но некоторые из них можно 
привести 
в качестве примеров, иллюстрирующих Ч.
Примерно в 1816г. в Найэке (Нью-Йорк) один приезжий человек, собиравший травы и 

практиковавший гомеопатический тип меди-
>НЯ

#
491
Челисфордские ведьмы
чтобы Байлс потерял свое имущество, что он, следовательно, и сделал. Не 
довольствуясь этим, она захотела, чтобы Сатан дотронулся до его тела, что он, 
следовательно, и сделал, после чего тот умер.
Затем: она говорила, что каждый раз что-либо делая для нее, он требовал каплю 
крови, которую она давала ему, укалывая себя, иногда в одном месте, иногда в 
другом, и там, где она колола себя, оставалось красное пятно, которое и сейчас 
можно увидеть.
Затем: когда Эндрю умер, она, сомневаясь [думая], что может быть беременна, 
пожелала, чтобы Сатан уничтожил ребенка. И он предложил ей взять некую траву и 
выпить ее, что она и сделала, тем самым уничтожив ребенка.
Затем: когда она захотела другого мужа, он пообещал ей помочь, назвав Френ-
сиса, который и сейчас с ней, но сказал, что он не так богат, как другой, 
пожелав ее склонить к внебрачной связи с Френсисом, что она и сделала. И после 
этого она зачала дочь, которая родилась через четверть года после того, как они 

поженились.
После того, как они поженились, они жили не так спокойно, как ей хотелось бы, 
привлекая всеобщее внимание сильным беспокойством, руганью и проклятьями. Тогда 

она захотела, чтобы Сатан, ее кот, убил ее ребенка, которому было примерно 
полгода, и он сделал это. Но так и не обретя желанного покоя, она захотела, 
чтобы кот наслал хромоту на Френсиса, ее мужа. И он сделал это следующим 
образом: подойдя утром к ботинку Френсиса, заполз в него как жаба, и, когда тот 

почувствовал его и дотронулся до него своей ногой, он был
ADettdkxi of damnable dnftcs,pnu&*