психонейроиммунологическую макросистему с психонейроэндокринной макросистемой. 
В отношении психонейроиммунологической макросистемы Викрамасекера отметил, что 
ПНИ исходит из предположения о работе иммунной системы, главного механизма 
исцеления, в тандеме с ЦНС и воздействиями психосоциального окружения. Согласно 
Викрамасекере, имеющиеся факты свидетельствуют о том, что события в ЦНС могут 
потенциально и с большой вероятностью изменять иммунные ответы. Конкретнее, 
существуют доказательства как того, что тревога и депрессия могут подавлять 
деятельность иммунной системы, так и того, что процедуры классического 
обусловливания (по Павлову) могут умеренно, но достоверно снижать 
иммунокомпетентность. Из этих данных вытекают серьезные следствия; напр., через 
такие механизмы ЦНС, как условно-рефлекторное формирование эмоций и ожиданий 
(по Павлову), на функционирование иммунной системы можно влиять посредством 
плацебо-стимуляции.
    Нейропептиды представляют собой один тип нейротрансмиттера (др. типом 
является ацетилхолин — медиатор синаптического информ. потока). Что касается 
психонейроэндокринной макросистемы, Викрамасекера обращает наше внимание на 
существование нисходящих тормозных болевых путей из медиального отдела ствола 
мозга. Эти пути могут приводить в действие механизмы, связанные с 
морфиноподобными (т. е., обладающими воздействием, сходным с эффектами опиатов) 
и неморфиноподобными нейропептидами. Механизмы первого типа могут 
активироваться эндогенными нейропептидами (т. е., эндорфинами) и, вероятно, 
электрической стимуляцией определенных участков мозга (напр., 
околоводопроводного серого вещества). Можно ли эти участки мозга стимулировать 
посредством некоторых видов когнитивно-аффективной активности, вызывающей 
специфические состояния (напр., гипнотическую анальгезию), — нам неизвестно, 
однако мы знаем, что связанные с действием опиатов механизмы можно активировать 
за несколько секунд стимуляции ЦНС, что анальгезирующие эффекты 
распространяются за рамки периода стимуляции, и что эта стимуляция особенно 
эффективна в отношении клинической, в отличие от экспериментально вызванной, 
боли. Перт добавляет, что доступ к околоводопроводному серому веществу 
(periaqueductal gray matter) в целях контроля боли регулярно демонстрируют йоги,
 спортсмены, и женщины во время родов.
    Викрамасекера отмечает, что активация эндорфинов, возможно, яв-ся одним из 
важнейших хим. механизмов снижения боли в плацебо-реакциях. Тем не менее, могут 
существовать и др. когнитивно инициируемые (гипнотическая анальгезия), но 
химически опосредованные психонейроэндокринные системы торможения боли. Напр., 
получены доказательства того, что депрессия усиливает хроническую клиническую 
боль, и было высказано предположение, что пониженная функциональная активность 
эндогенных опиоидных нейропептидов может быть связана с проявлением депрессии. 
Болевая чувствительность и нарушение способности получать удовольствие от жизни 
(подверженность депрессии) могут связываться через действие катехоламинов, 
серотонина, норэпинефрина и допамина — веществ, к-рые, как нам известно, 
изменяют действие опиатов. Следовательно, существуют психонейроэндокринные 
механизмы, посредством к-рых плацебо стимул может снижать депрессию и болевую 
чувствительность, и один из наиболее быстрых — усиление выделения эндорфинов.
    Дефицитарность функций иммунной системы может приводить к увеличению 
восприимчивости организма к инфекции или к беспрепятственному делению мутантных 
клеток и образованию злокачественных опухолей. Сверхактивная иммунная система 
зачастую оказывается неспособной к дифференцировке между клетками организма и 
чужеродными клетками и начинает атаковать себя, давая начало так называемым 
аутоиммунным болезням, примером к-рых служат ревматоидный артрит, гипертиреоз и 
волчанка. Появляется все больше доказательств, что как гипо-, так и 
гиперфункция иммунной системы, могут быть связаны с действием психосоциальных 
стрессоров и с избытком или недостатком определенных гормонов. Кроме того, 
регулирование деятельности иммунной системы обусловлено, отчасти, активностью 
нейропептидов, так как они состоят из цепочек аминокислот, обеспечивающих связи 
между нервной, эндокринной и иммунной системами.
    Нейропептиды секретируются головным мозгом, иммунной системой и нервными 
клетками др. органов. Области мозга, отвечающие за регулирование эмоциональных 
реакций, особенно богаты клеточными рецепторами этих хим. посредников. В то же 
время, головной мозг содержит клеточные рецепторы молекул белков, 
вырабатываемых только иммунной системой, в частности, лимфокинов и 
интерлейкинов. Это делает возможным устойчивую двухстороннюю систему связи 
между головным мозгом, иммунной системой и, возможно, всеми др. системами, 
обеспечивая канал для потенциального воздействия эмоциональных реакций на 
способность организма защищать себя.
    Роль нейропептидов настолько важна, что они были названы «дирижерами 
иммунного оркестра». Перт высказывает предположение, что чем больше мы будем 
узнавать о нейропептидах, тем больше у нас будет оснований употреблять термин 
«телоразум» (bodymind) вместо таких традиционных терминов, как «разум» (mind) и 
«тело» (body). Она добавляет, что по мере того как роль нейропептидов в 
организации информ. потоков становится все более очевидной, роль межклеточных 
синапсов уменьшается. Росси рассматривает эту концепцию информ. потока «как 
общий знаменатель, позволяющий нам преодолеть разрыв между разумом и материей, 
душой и телом в деле создания новой науки об исцелении души/тела».
   Проблемы исследований
    Неврологические структуры, к-рые участвуют в функционировании иммунной 
системы, вовлечены также в формирование эмоциональных реакций; в результате, 
физические агрессоры и эмоциональный дистресс равным образом влияют на НС. 
Эндокринная система вырабатывает гормоны (напр., гонадные стероиды, тироидные