извлечения ранее выработанных реакций. Решение этих задач, по Шиллеру, состоит 
во временном упорядочении и уплотнении врожденных моторных паттернов.
    Эпштейн, Киршнит, Ланца и Рубин использовали оперантные процедуры для того, 
чтобы научить голубей: а) толкать небольшую коробку к небольшому зеленому пятну,
 располагавшемуся в различных местах на полу в их клетке; б) вскакивать на 
коробку и клевать висевшее сверху небольшое изображение бананов, в) не пытаться 
непосредственно достать висевшее сверху изображение. Вознаграждением яв-сь 
зерно, появлявшееся в кормушке. В ходе первой проверки в ситуации, в к-рой 
нужно было объединить эти отдельные поведенческие паттерны, чтобы передвинуть 
коробку и достать изображение бананов, голуби вели себя на удивление сходно с 
тем, как вели себя шимпанзе у Кёлера. В связи с этими экспериментами возникает 
интересный вопрос: лежат ли в основе поведения голубей те же процессы, к-рые 
использовали шимпанзе у Кёлера, или же в этих экспериментах искусственным 
образом вызывалось поведение, характеризующееся лишь внешним сходством, но 
основанное на совершенно иных процессах. В принципе, можно научить голубя 
клевать правильные ответы в Письменных экзаменах для аспирантов (GRE), так что 
он мог бы набрать оценку в 1500 баллов, однако такой процесс сильно отличался 
бы от тех, к-рые используются людьми, и голуби вряд ли преуспели бы в обучении 
в аспирантуре.
    Животные в ситуациях решения задач часто обнаруживают некоторое колебание 
вслед за внезапным нахождением правильного решения. По крайней мере, в 
некоторых ситуациях эти решения представляют собой последовательное 
развертывание ранее усвоенных или врожденных поведенческих паттернов. Однако 
остается открытым вопрос, происходит ли в некоторых из этих ситуаций 
принципиально иное перцептивное реструктурирование окружающей среды, к-рое, по 
мнению Кёлера, и характерно для истинного Н. т. и.
    См. также Интеллект животных, Гештальт-психология, Теории научения
    Д. А. Дьюсбери
    
   Научение убеганию—избеганию (escape—avoidance learning)
    
    Научение избеганию и угашение оборонительного рефлекса, как правило, 
исследуются на крысах с использованием в качестве аверсивного стимула удара 
электрическим током. Для изучения активного избегания крысу помещают в клетку, 
одна часть пола к-рой находится под электрическим напряжением, а другая, по 
крайней мере на нек-рое время, остается безопасной. Крыса должна переместиться 
на противоположный конец клетки, чтобы убежать от удара током или избежать его. 
На то, чтобы отреагировать перед подачей тока, животное имеет неск. секунд. 
Неопытные крысы, однако, не успевают отреагировать за этот промежуток времени и,
 перед тем как покинуть опасную часть камеры, подвергаются удару током по 
меньшей мере в одной пробе. Т. о. традиционное научение избеганию всегда 
включает спасение бегством и поэтому называется Н. у.—и.
    Когда ситуация организована т. о., что животное не может уклониться, но 
может только спастись бегством от удара, в качестве подкрепления 
рассматривается прекращение удара (отрицательное подкрепление по Скиннеру), а 
научение убеганию обычно измеряется сокращением латентного периода реакции в 
последующих попытках. В ситуации с единственным исходом (см. ниже), когда 
предоставляется возможность избежать удара током, к научению полному избеганию 
может привести серия из, напр., 8—10 попыток.
    В ситуации с двойным исходом, или при использовании клетки с чередующимися 
участками подачи напряжения (shuttlebox), научение избеганию происходит гораздо 
медленнее, с преобладанием реакций убегания, и полное научение достигается 
чрезвычайно редко, если вообще достигается. В ситуации чередования животное 
должно научиться перебегать из одного конца камеры в другой всякий раз, когда 
подается предупредительный сигнал (звонок или вспышка света). Это 
представляется трудной задачей, т. к. в этой клетке нет зоны, однозначно 
ассоциирующейся с ударом током или с безопасностью. Это приводит к тому, что 
страх обусловливается устройством в целом, вызывая реакцию оцепенения; крыса не 
располагает четко определенным местом, где она может спастись или расслабиться, 
и после того как она убегает из одного опасного места, она должна научиться 
избегать последующего удара на новом месте, возвращаясь назад в ту часть клетки,
 в к-рой она перед этим подверглась удару током.
    В отличие от этого, в ситуации с единственным исходом крыса помещается в ту 
часть клетки, к-рая однозначно ассоциируется с ударом током, обусловливающим 
реакцию страха, и крыса избегает последующего удара, перебегая в др. ее часть, 
постоянно остающуюся безопасной (т. е. где страх очевидно снижается и где она 
может расслабиться). Нек-рые животные в ситуации с единственным исходом 
демонстрируют реакцию избегания уже после первой пробы и достижение 100%-го 
уровня научения за 3 или 4 пробы не является необычным. Использование различных 
клеток и увеличение силы удара облегчает научение. Объяснение здесь видится в 
том, что страх и безопасность тем самым лучше разделяются между собой, 
увеличивая подкрепление (большее снижение страха), тогда как в ситуации 
чередования страх (в сочетании с оцепенением и подобными реакциями) усиливается 
теми же манипуляциями. Как было показано в исслед. Франчины и др., те же 
манипуляции, к-рые облегчают или затрудняют научение избеганию, имеют 
параллельные эффекты в научении простому убеганию.
    При пассивном избегании животное избегает удара током, не предпринимая для 
этого определенных действий. Напр. крыса помещается на небольшую площадку, 
окруженную решеткой, находящейся под напряжением. Если она остается на этой 
площадке и не предпринимает попыток сбежать с нее, она реагирует пассивным