оформление и развитие мультикультурной перспективы, в фокусе к-рой 
первоначально находилась проблема подавление меньшинств культурой большинства. 
Сью и Сью, Касас, Аксельсон и Педерсон, Дрэганс, Лоннер и Тримбл собрали 
документально подтвержденные сведения о тех аспектах жизни и деятельности, в 
к-рых занимающиеся консультированием специалисты признавали статус-кво 
ценностей доминирующей культуры. Ренн обратил наше внимание на культурную 
инкапсуляцию консультирования под влиянием этноцентризма («мое — самое лучшее») 
или релятивизма («каждому — свое»). Инкапсуляция, произошедшая под давлением 
определяющей действительности, согласуется с допущениями доминирующей культуры, 
не чувствительна к культурным вариациям в об-ве, защищает существующее 
положение от изменения и опирается на должностные инструкции, делающие упор на 
техническую сторону работы консультантов.
    Ли и Ричардсон указывают на ловушки широкой перспективы мультикультурализма.
 Этот термин может определяться настолько широко и расплывчато, что утрачивает 
всякий смысл. Стереотипизация каждой группы меньшинств может вести к 
игнорированию внутригрупповых различий, а игнорирование сходства между 
культурами вполне может вылиться в новую форму расизма. Существует опасность 
непринятия всякого традиционного консультирования как предвзятого в отношении 
той или иной культуры. Возможно, что консультирование никогда не будет признано 
заслуживающим доверия со стороны меньшинств вследствие массы несправедливостей, 
допущенных в прошлом.
    Дсауза считает программы позитивных действий (affirmative action programs) 
в целом несправедливыми, неэффективными и неуместными, отражая, т. о., т. зр., 
к-рая противостоит мультикультурализму в консультировании и др. областях как 
несправедливо укрепляющему приемлемое для гос-ва поведение. Критики 
мультикультурализма, однако, заявляют, что навязывание приемлемого с 
государственной т. зр. поведения привело к разрушению традиционных ценностей. 
Паттерсон выступает против попыток модифицировать консультирование в 
направлении его приспособления к разным культурам и отстаивает универсалистскую 
позицию, согласно к-рой все культуры оцениваются в соответствии с тем, 
насколько хорошо они способствуют самоактуализации своих членов. Паттерсон 
отрицает необходимость использования различных навыков, акцентов и инсайтов в 
каждой отдельной культуре. Дрэганс, отвечая на эту критику, указывает на то, 
что кросс-культурные консультанты действительно не пытаются изменить культуру, 
скорее они предоставляют клиенту возможность измениться, и что цели 
консультирования не ограничиваются самоактуализацией в любой культуре, в связи 
с чем не обязательно отказываться от существующей теории и практики, чтобы 
адекватно отвечать на запросы различных культур.
    Ридли привлекает наше внимание к сохраняющемуся в консультировании 
неумышленному расизму. Встречаются консультанты, к-рые заявляют, что они не 
замечают цвета кожи и обращаются со всеми одинаково. А это подразумевает, что 
такой консультант испытывает неудобство в связи с дифференцированным подходом к 
различным группам. Некоторые консультанты утверждают, что все проблемы клиента 
имеют истоки в его культурном происхождении. Когда клиенты или терапевты 
переносят из опыта предыдущих отношений положительные или отрицательные чувства 
на конкретного терапевта или клиента, могут возникать ошибочные интерпретации. 
Отдельные консультанты движимы амбивалентными мотивами в своей работе с 
меньшинствами, что указывает на потребность во власти и доминировании, а это 
может приводить к неадекватной оценке. Терапевты могут реагировать неподходящим 
образом, когда клиент точно распознает расистские тенденции в поведении 
терапевта.
    До недавнего времени мультикультурные проблемы не получали внимания и 
поддержки в профессиональном сообществе консультантов. Расовые и этнические 
меньшинства пока еще недостаточно представлены в этом сообществе. Национальный 
институт психического здоровья, Американская психологическая ассоциация и др. 
организации проводят политику, нацеленную на признание важности культуры. Касас 
связывает с новым интересом к мультикультурализму государственное и 
общественное одобрение благоприятных для меньшинств демографических изменений, 
возросшую различимость меньшинств, усилившееся давление со стороны групп борцов 
за гражданские права и экономические стимулы для поставщиков услуг привлекать 
небелых клиентов. Это открытие мультикультурализма может также быть следствием 
возросшего группового сознания, государственной поддержки национальных 
меньшинств в сфере наемного труда и образования, исполнения судебных приказов о 
басинге (совместной доставке школьников различной расовой принадлежности на 
автобусах в школу и из школы) в целях расовой интеграции и требований вести 
обучение на двух языках.
    К воинственности движений за гражданские права, развернувшихся в 1950-х г., 
должна была добавиться активность движений за коммунальную (общественную) 
систему психич. здоровья в 1960-х г., чтобы подтвердить право всех граждан на 
получение услуг психиатрического здравоохранения. Градус общественного 
недовольства повысился еще больше, когда инакомыслие сторонников движения 
против войны во Вьетнаме и феминистского движения (нацеленного против 
неравенства) было с одобрением воспринято и поддержано в СМИ. В 1970-х годах 
недопотребление услуг системы психиатрического здравоохранения членами 
меньшинств получило статус серьезной проблемы. В 1980-х гг. наплыв беженцев из 
разных стран наглядно продемонстрировал важность мультикультурной перспективы в 
консультировании. В 1990-х гг. быстрое изменение демографической ситуации 
предсказывало, что к 2000 г. больше трети учеников государственных школ будут 
представлены небелыми детьми, что еще больше подчеркивало востребованность 
мультикультурного подхода в консультировании.