клинической истории М. Леборне. Этот пациент утратил способность к 
членораздельной речи, и вскрытие показало обширное размягчение мозговой ткани в 
области задних отделов третьей лобной извилины левого полушария. Локализация 
Брока центра речевой артикуляции подтвердило предположение Буйо и стало первой 
корковой локализацией, получившей широкое признание.
    В 1865 г. Брока опубликовал еще одну знаменательную статью. Анализ историй 
болезни его пациентов показывал, что левое полушарие мозга является, по сути, 
речевым полушарием. Этот вывод практически совпадал с выводами малоизвестного 
земляка Брока — французского практикующего врача Марка Дакса, сделанными еще в 
1836 г. К сожалению, Дакс не сумел опубликовать свои открытия, и его сообщение 
о симптоматике более 40 больных с поражениями левого полушария появилось в 
печати в 1865 г только после его смерти.
    В 1870 г. Г. Фритч и Э. Гитциг определили границы моторной коры у собаки, 
сначала пользуясь методом раздражения, а затем — методом разрушения, показав 
тем самым, что корковую локализацию можно изучать на животных в контролируемых 
условиях. Проводились тж исслед. локальных поражений головного мозга с целью 
локализации не только различных сенсорных функций, таких как зрение и слух, но 
и высших, «интеллектуальных» функций.
    Успешное развитие теории локализации опиралось не только на патологический 
материал. Она получала прочную поддержку и из др. источников. В 1875 г. Р. 
Катон сделал сообщение о том, что электрическая активность коры менялась в 
соответствии с картами Феррье, когда его подопытные животные пережевывали пищу, 
смотрели на яркие вспышки света или выполняли какие-то др. действия. В 
добавление, П. Флексиг представил доказательства того, что различные участки 
коры миелинизируются в разное время. Развитие представлений о нейронных сетях 
тж способствовало признанию теории корковой локализации функций, равно как и 
цитоархитектонические исслед. коры.
    Доминирующей тенденцией после 1870 г. стали попытки разбить все составные 
части головного мозга на более мелкие функциональные единицы. Нек-рые ученые 
призывали проявлять здесь осторожность, напоминая энтузиастам о том, что ни 
одна из частей мозга в действительности не функционирует независимо от 
остальных. Высказывались тж опасения, что нек-рые люди стали слишком поспешно 
отождествлять анатомические маркеры и «локализацию симптомов» с локализацией 
отдельных «психол.» функций. В настоящее время никто не оспаривает мысль, что 
ЦНС состоит из специализированных частей. Однако тж очевидно, что заключение о 
функциях этих различных частей может сделать только на основании данных об их 
поражениях и исходя из результатов анатомических и физиолог. исслед. Поскольку 
вывести такое заключение непросто, ученые, скорее всего, продолжат в течение 
ближайших лет дискутировать по поводу точных функций определенных частей 
головного мозга.
    См. также Головной мозг, Повреждения головного мозга, Латерализация 
головного мозга, Центральная нервная система, Электроэнцефалография, Френология
    С. Фингер
    
   Мозговые волны (brain waves)
    
    Нейронную активность, имеющую отчасти электрическую природу, можно записать 
с помощью электроэнцефалографа. Эту запись изменений электрической активности 
головного мозга во времени наз. электроэнцефалограммой (ЭЭГ), или, менее 
официально, М. в. Приоритет в разраб. метода электроэнцефалографии принадлежит 
немецкому психиатру Г. Бергеру (1873—1941).
    М. в. здорового чел. весьма разнообразны. Их частота охватывает диапазон от 
1 до 100 Гц. Амплитуда колебаний сложного сигнала обычно составляет около 50 
мкВ, хотя амплитуда отдельных волн здорового мозга может доходить до 1 мВ. 
Паттерн М. в. чел. — это глобальная и довольно грубая мера функционирования 
головного мозга, однако до сих пор не прекращаются попытки связать — пусть не 
всегда убедительно — паттерны ЭЭГ с различными состояниями сознания, а тж с 
аномалиями головного мозга.
    У людей запись М. в. производится с помощью отводящих электродов, 
накладываемых на определенные участки кожного покрова черепа. Разности 
потенциалов между электродами усиливаются и записываются на движущуюся бумажную 
ленту в виде функции времени. Эти разности потенциалов образуются от 
функционирования нейронов коры больших полушарий и почти всегда связаны с полем 
действия синаптических потенциалов. К последним относятся возбуждающие и 
тормозные постсинаптические потенциалы (ВПСП и ТПСП соответственно), 
генерируемые в ответ на высвобождение нейромедиатора пресинаптическим нейроном. 
Нейроны, ориентированные перпендикулярно поверхности коры, вероятно, играют 
главную роль в формировании паттернов М. в.
    М. в. (или, как их еще наз., ритмы ЭЭГ) были сгруппированы по частотам и 
обозначены греческими буквами. К наиболее известным относятся: альфа-ритм (8—12 
Гц), бета-ритм (от 13 Гц и выше), тета-ритм (4—7 Гц) и дельта-ритм (от 3 Гц и 
ниже).
    Определенные ритмические М. в. обнаруживаются в разных областях головного 
мозга.
   Мозговые волны и сон
    Записи М. в. оказались полезными при исслед. сна. Во время сна паттерн 
волновой активности мозга довольно точно отражает состояние сознания чел. 
Состояние бодрствования обычно характеризуется высокой степенью бета-активности.
 По мере погружения чел. в сон М. в. начинают меняться в направлении увеличения 
амплитуды и понижения частоты, проходя в своем изменении через ряд стадий. Эти